– Этого гада так легко не возьмешь – сил понадобится побольше, – замечает Руслан и, глядя на китайца, добавляет: – В вашей же пословице сказано: «Маленьким топором дерево не срубишь».
– Я не против вашего участия, – заверяет инспектор, – если от вас будет толк.
– Я позвоню напарнику, поговорю о камбэке, – обещает Антон и выдвигает свое условие: – Но к операции придется привлечь еще капитана и стрелка. Они втроем на броневике быстро доставят Джафара в Душанбе – прямиком на российскую базу. При таком успешном исходе награду разделим на всех поровну.
Ян Вэй и Пит, недолго думая, соглашаются.
– Сразу хочу сказать: без поддержки ЦРУ нам не обойтись, – предупреждает Пит. – А контору интересуют ноутбуки и жесткие диски Джафара. Все носители данных будут мои! Договорились?
Антон, взглянув на кивающего Руслана, говорит:
– Мы не спецагенты, и настаивать на своем не можем, но для нас с вами было бы интересно нарыть в файлах гада что-нибудь про теракт в Египте.
– Разумно, – одобряет предложение русского китаец. – Мы сделаем копии файлов, а после операции пороемся в них.
Антон смотрит на Руслана, потирая большой и указательный пальцы и, дождавшись кивка, говорит:
– Если потребуются деньги, у нас еще немного осталось для венчурных инвестиций, – улыбается Антон.
– Самое близкое к venture словосочетание в русском языке, – объясняет китайцу лингвист, – это «рискованное начинание». Между прочим, приемлемое название для нашей операции.
Новый состав заговорщиков скрепляет договорняк рукопожатием. Подследственные отдают два пакета продуктов для Абдула и провожают гостей.
Руслан сразу же звонит полковнику и обрисовывает ситуацию, рассказывает о спецагенте и инспекторе, сообщает о том, что Джафар жив, упоминает о доле в вознаграждении и просит посодействовать в переправе броневика через границу. Бахром обещает подумать.
– Товарищ полковник, – еще раз уточняет Руслан, – участвовать лично вам не надо. Только помогите с переправкой железки через реку.
– Я же сказал: подумаю! – раздражается Бахром. – Утром с ясной головой решу!
Антон связывается с Булатом и рассказывает ему о новой инициативе, а также просит встретиться с полковником и переговорить с Саидом и Тимуром.
В конце дня Булат сообщает, что все «участники ралли» согласились на вторую попытку и уже начали подготовку к «предстоящей гонке».
Пит звонит Ян Вэю и сообщает:
– Я поговорил со своим шефом. DEA крайне заинтересовано в ликвидации лаборатории и склада. Мне дали задание срочно лететь в Баграм, найти и допросить жену Абдула. Обещали максимальное содействие.
– У меня тоже неплохие новости. Мой начальник принял решение временно освободить Абдула под мою и Ниу ответственность.
– А моих разбойников освободит?
– Директор с моими аргументами согласился, но отпускать подследственных отказался.
– Эх, жаль, не удастся совместить приятное с полезным, – разочарован Пит.
– Зато он разрешил использовать двести тысяч долларов, конфискованных у Абдула в аэропорту.
– Русский с таджиком могут оказаться полезны… Давай я поговорю с твоим шефом насчет наших терпил?
– Тоже неизвестно, согласится он или нет… – Инспектор, немного поколебавшись, предлагает: – Думаю, мы сможем прихватить их с собой без лишних согласований с начальством, если, конечно, не побоимся взять ответственность на себя.
– За путинские премиальные я готов рискнуть.
– Тогда я попрошу помощницу съездить к нашим разбойникам. Ниу они не должны отказать.
Ответив на звонок, Руслан говорит Антону:
– К нам едет Ниу. К чему бы это?
– Вот и хорошо, спросим у нее о наших перспективах на длительность предстоящей отсидки.
– Главное, чтобы дали не больше трешки – мне этого будет вполне достаточно, чтобы написать книгу. Когда я решил стать лингвистом, а не историком, как хотел отец, то я оправдывался перед ним тем, что хочу написать исторический роман, разумеется, с его помощью. Но за годы учебы смог сотворить только синопсис.
– Расскажи сюжет, если не секрет.
