– А, Эмиль, я так рада, что ты позвонил, – перебила она. Кажется, я зря боялся, что звоню слишком поздно. – Ты в Венеции?
– Да, приехал сегодня во второй половине дня.
– Значит, ты был на концерте?
– Да.
– Понравилось?
– Я в восторге.
– Правда? О, я так тронута!
– Но потом я тебя ждал…
– Это из-за папы, на него что-то нашло, он остался недоволен тем, как мы играли, и устроил мне жуткий разнос, я была вся зареванная, не могла нигде показаться в таком виде… А потом нам надо было идти в гости к одному итальянскому семейству, они такие снобы, к ним нельзя опаздывать.
– Но я даже не заметил, как ты вышла из театра.
– Мы вышли через служебный вход, к маленькому каналу позади театра, и взяли водное такси.
– А, понятно.
– Мне правда очень жаль, я так хотела с тобой увидеться… А вместо этого провела вечер в великолепном дворце, стол был роскошный, но скука невыносимая…
– Не беспокойся, я ждал не очень долго, – соврал я.
Мне не хотелось раздувать это происшествие, я был так рад ее слышать, что мгновенно забыл свою обиду.
– А у тебя будет время встретиться завтра? – спросила она вдруг.
– Ну конечно, когда захочешь! – И тут у меня в голове словно зажглась красная лампочка. Дзинь! Неправильный ответ! Надо было сказать: «Постараюсь найти» – тогда я произвел бы впечатление очень занятого человека, в стратегическом аспекте это было бы гораздо лучше. Но когда я говорю с Полин, верная мысль всегда приходит слишком поздно.
– Зайдешь за мной в три часа? Я живу в доме пять на Кампо-Сан-Барнаба, район Дорсодуро. Нажми на домофоне кнопку с фамилией Донадони, запомнишь?
– Да, да, не беспокойся.
Я подумал, что разговор на этом закончится, но она начала расспрашивать обо мне. В принципе это должно было меня радовать, расспрашивает, значит, я ей интересен, но в перспективе ее любопытство не сулило ничего хорошего.
– Ты остановился у твоих кузенов?
– Разумеется.
– А где они живут?
Я запаниковал. Я не знал ни одного сколько-нибудь правдоподобного адреса в Венеции, а чтобы фантазировать, надо все же от чего-то отталкиваться. И я решил выдать ей приукрашенную правду.
– Это за чертой города, десять минут на катере.
– А, понятно… А как называется это место?
– Фузина. – Я мог бы придумать что-нибудь другое, но в голове у меня вертелось только одно название: «Буитони». Это было название марки равиоли, которое здесь совершенно не подходило.
– Там хорошо?
– Очень, – выдавил я из себя. И как раз в этот момент над кемпингом пролетел огромный лайнер.
– Что это за грохот? – удивилась она.
– Это мой кузен демонстрирует нам свою новую «феррари». – В трудные минуты мне иногда приходят идеи, сам не знаю откуда. А может, это у меня наследственное.
– Ну, тогда прокатись на «феррари», и увидимся завтра. Я очень рада, Эмиль. Целую тебя.
Она не сказала «чмок-чмок», или «пока-пока», или «чао», или «до скорого». Нет, она сказала: «Целую тебя». Я тоже целовал ее. Целовал каждый вечер, перед сном, и потом всю ночь, в своих снах. Один раз, тысячу раз, миллиард раз. А сейчас она сама поцеловала меня по телефону, как бы невзначай, мимоходом. Это было похоже на обещание. Ладно, не надо зарываться. Но, несмотря ни на что, я был счастлив! Счастлив услышать ее голос, узнать, что она пропустила свидание не по своей вине, предвкушать завтрашнюю встречу с ней. Наверно, я раньше времени впал в отчаяние: в жизни все же есть некий смысл, а в отдельные мгновения, вот как сейчас, еще и радость.
Было около половины восьмого утра, когда папа подошел к моей палатке и счел своевременным завести со мной беседу. Он был очень возбужден.
– Эмиль, ты спишь?
– Да, папа, и хотел бы поспать еще… – Я был в состоянии, похожем на летаргию, в таинственном мире между сном и явью.
– Я должен сообщить тебе потрясающую новость! – Какую?
– Это просто невероятно. Ты сейчас обалдеешь!
– Это срочно? – спросил я. У меня были на сей счет большие сомнения…
– В любом случае мне надо срочно тебе об этом сообщить!
В итоге я расстегнул молнию на спальнике, с трудом разлепил глаза и увидел папу – он был в плавках, с мокрыми волосами и явно только что вылез из воды.
– Что с тобой случилось?
– Нечто такое, что изменит всю нашу жизнь. Вот послушай… Сегодня утром я решил поплавать в лагуне.
– Ты что, с ума сошел, туда же завод спускает всю свою гадость!
– Не беспокойся, я пошел в другую сторону.
– Вода, наверно, была ледяная?!
– Да, прохладная… Но ты послушай… Ну вот, плавал я, плавал, и вдруг на меня что-то нашло, и я придумал… Не догадываешься, что?
– Нет.
– Я придумал новый стиль плавания! Ни с того ни с сего, по наитию. Понимаешь, что это значит?
– Не совсем.
– Официально существует только четыре стиля, и, если вдуматься, это очень мало, тебе так не кажется?
– Может, и немного, но, с другой стороны, вполне достаточно…
