— А вот это правда. — Карина заулыбалась и стерла еще немного туши. — Ладно, хорошего понемногу. Реанимируй мое лицо и пошли готовиться к празднествам.
Я озабоченно вздохнула. Если у Карины была проблема с предстоящей порчей паспорта, то у меня — опасения по поводу предстоящих гулянок. У Жоржа в наличии имелись друзья, все еще в массе своей холостые. Исключительно по желанию престарелых джентльменов в программу торжеств сегодня же включались две вечерние попойки. В стране сильно развитой демократии сие безобразие зовется «мальчишником» и «девичником». У Карины была я, у меня была Карина, загулять мы могли в любую ночь любых суток, поэтому обе были против. К сожалению, помимо нас девочек набиралось еще шесть, а мальчики, которых аж двенадцать, очень рвались устроить жениху проводы. На слове «проводы» двое из двенадцати, тех, кого я за утро уже успела увидеть, подозрительно глупо подсмеивались.
— Вер, а у меня будет большой торт с клевым мужиком внутри? — у невесты, видимо, мысли в голове крутились те же, что у меня.
— Обойдешься. Глаз закрой, — я аккуратно растушевала тени.
— Плохая ты подруга.
— Я — очень хорошая подруга. И как только у тебя пройдут приступы лютой ревности, ты это поймешь.
— Я не ревную.
— А я — балерина. Другой глаз закрой.
— И почему сразу лютой? — не унималась несчастная невеста.
Я только плечами пожала. Да она ответ и не ждала, просто старалась сохранить хоть видимость независимой несгибаемой особы.
— И я уверена, что зачинщик — Носов. Только его ума могло хватить на такую банальность.
— Ты погоди виновных искать. Они еще ничего не сделали.
Карина гневно нахмурилась и потрясла в воздухе Диккенсом.
— Насквозь вижу!
Я вынула из ее рук классика, восстановила макияж и отдала распорядителю с Жоржем. Сама же отправилась осматривать выделенную мне кровать в одной из гостевых комнат. Спать сегодня намечалось в компании двоюродной сестры жениха и ее мамы. А вот мама самого жениха, то ли к печали, то ли к радости, посещать свадебные торжества горячо оберегаемого сына отказалась. Но, как сказала Карина, сын был уверен, что родительница просто угрожает, на деле же появится пренепременно.
Пока поднимала чемодан по лестнице, вернулась к мыслям о предстоящих нервных потрясениях. Каришу пугала перспектива голой девушки в торте, меня пугала перспектива Света на мальчишнике. Я, как истинный русский электрик, не знала, какого черта он решил засветить именно здесь и сейчас. Была ведь уверена абсолютно, что он если и появится, то завтра, к основным торжествам, поулыбается фальшиво и сбежит. А тут какой-то беспощадный подвох намечался. Подвох начал ощущаться еще тогда, в этом его странном согласии посетить свадьбу незнакомых людей. Чего ради? Мне отчаянно захотелось ухватиться за сердце и охнуть. Мамочке всегда помогало, может, и мне поможет.
— Привет, — раздался звонкий голос из комнаты, стоило мне попой толкнуть входную дверь.
— Привет, Тань.
— Твоя кровать там. — Она пальцем указала на койку, что расположилась у глухой стены, рядом с входной дверью.
Себе и матери находчивая девушка застолбила спальные места получше. Кто-нибудь на ее месте поступил бы иначе? Точно не я.
— Что делаешь?
— Думаю, что у мужиков там прикольнее будет.
— Ты что-то знаешь?
— Ничего конкретного. Просто предчувствие. Ты так не считаешь?
— Есть немного.
— Жоржу устроят напоследок веселье.
Татьяна ехидно улыбнулась. А я с печальным вздохом опустилась на кровать.
Конечно, я знала, что они обе правы: и Карина, и Таня. Но в отличие от них обеих я искренне была убеждена, что мужчина, который устроил все эти торжества, не станет веселиться так, как хотят его друзья. Слишком это глупо. Или, может, я ошибаюсь.
От собственных нестабильных мыслей стало страшновато. С еще одним горестным вздохом я поднялась и отправилась на поиски кухни с хорошим крепким кофе. Со всей этой нервотрепкой горячий ароматный напиток не повредил бы.
— Карину ищешь? — надо же было мне на лестнице столкнуться с виновником общеженского беспокойства.
— Нет. Пока кофе, а потом можно и Карину, — отшутилась я.
— Давай провожу.
— Да я примерно запомнила, где тут что.
— Все равно, — Жорж развернулся и начал спускаться вниз. — Идем?
— Ага, — я немного растерялась от такой странной настойчивости.
— Как комната?
— Красивая, — я поравнялась с женихом и подозрительно на него покосилась.
Он же никогда ко мне интереса не проявлял. Ну, подруга Карины и подруга. И хрен бы с ней. А сейчас не хрен… Чего за дела?
— Как дом?
— Красивый, — как-то непроизвольно вышло ответить.
— Платье тоже?
— Ага.
— Направо, — он открыл передо мной дверь. — Что вечером планируете?
— Не знаю, — честно выдала я.
— А я думал, подруга невесты устроит проводы холостой жизни.
Я недоверчиво уставилась на Жорика. Жорик в свою очередь явно обеспокоенно уставился на меня.
После нескольких секунд созерцания я наконец сообразила, что от меня ответа ждут.
— Она давно ж ее проводила. А по случаю свадьбы напились мы еще неделю назад в пабе.
— И это все?
— А чего еще? — уперто не желала вникать в суть вопросов я.
