— Я не ревную, — обиделся Жора.
В свете луны замерцали счастливые глаза Карины. Как говорится, борзая след взяла и черта с два ее остановишь.
— Да? А чего ты там высматривал?
— А чего ты тут посреди ночи высматриваешь?
— Мы с Верой за приключениями собрались! Должны же отсюда до ближайшего ночного клуба такси доезжать.
Далее последовала минутная немая сцена, включающая в себя один мой пораженный взгляд, направленный на подругу, один свирепый взгляд Жоржа, направленный на меня, и один любопытный взгляд Пересвета из открытого окна дома, направленный на всех нас.
— Она ревновала, поэтому мы пошли следить за тобой, — без пауз протараторила я.
Пора было заканчивать со всем этим фарсом. Не ровен час, поругаются так в ночь перед бракосочетанием. Карина умная, она меня простит.
— Я не ревновала! — возмутилась умная Карина.
— Мы у вас под окнами сидели, когда вы матч смо… — договорить не смогла, мне рот ладонью зажали.
И кто? Родная подруга. Должна же понимать, что в предатели записалась исключительно ради ее счастья.
Жених заулыбался и даже, кажется, еле слышно устало вздохнул. Кто бы мог подумать, что взрослый, умный человек может сам себя накручивать совершенными глупостями.
— Ребят, а ничего, если я у вас Веру уведу? — подал голос Свет.
— Забирай, — отреклась невеста.
— Оставь, — оценил свою выгоду жених.
— Всем спокойной ночи! — я решительно шагнула к окну и протянула к Пересвету обе руки. — Ваня, я вся ваша.
Подоконник возвышался в метре над землей, так что особого труда помочь мне вскарабкаться по стене Рудольфовичу не составило.
— Ты знаешь, — прервал затянувшееся молчание мой спутник, — я почему-то посчитал, что приключение с видео — это у тебя что-то экстренное и внеплановое, а сейчас начинаю подозревать, что дни без приключений — вот что у тебя внепланово.
Мы прошли по темному коридору в сопровождении фонарика в его смартфоне и повернули за угол. Голоса Карины и Жоры совсем стихли.
— Шутник, — это был единственный достойный ответ, пришедший мне в голову.
— А третья шпионка куда делась?
— Заметил, да?
— Ну, вас только глухой или пьяный не заметил бы. Так сложилось, что я был трезвее окружающих.
— Третья ушла, она футбол не любит. А ты здесь по делу, полагаю.
Свет фонаря неожиданно ударил мне по глазам.
— Как узнала? Кто информатор?
Я рассмеялась. Игра в шпионов у него отлично выходила. Лучше, чем у нас с Кариной.
— Прослушка. С Жоржем уже встречались раньше?
— Ты подозрительно проницательная. Не нравится мне это.
— А тебе в политику надо. Еще ни на один мой вопрос не ответил, хотя сказал немало!
— У тебя, скорее всего, научился.
— Сомневаюсь. Тактика разная. Я завожу диалог в бессмысленные короткие реплики, а ты во что-то философское и многословное.
Я в очередной раз предательски залюбовалась сногсшибательной довольной улыбкой, на которую на мгновение упал свет фонаря. Опять он это со мной делает. К этому мужчине вообще не стоит подходить слишком близко, компас сбивает на раз.
— Интересное наблюдение.
— Так что насчет жениха?
— Уговариваю его прорекламировать своему начальству одну замечательную, ужасно полезную вещь.
— Мне стоит спросить, какую?
— А тебе интересно?
Я задумчиво покусала губу.
— Полагаю, что это надо вот так: там есть что мне интересное?
— Абсолютно ничего.
— Тогда не буду спрашивать.
— Нестандартная женщина.
— Где?
— Ага, про разницу в диалогах я прочувствовал.
— И как ощущения?
— Противоречивые.
Последовало довольно долгое молчание. Раньше такие паузы в общении с людьми для меня не были тягостными, наоборот, я использовала их, заставляя неугодных собеседников чувствовать себя неловко. Со Светом такой фокус не подходил — это мы уже выяснили за недолгое знакомство. Так что пока он помалкивал и спокойно оглядывался по сторонам, ориентируясь в планировке дома, я нервничала и, к своему сожалению, неслабо так нервничала. Все как по учебнику, и дыхание сбивается, и сердечко в груди пошаливает, и мысли такие неприличные-неприличные, аж краснеть хочется.
— Ты наверху?
Не виноватая я, он сам напросился!
— Вообще, в лиричном настроении предпочитаю снизу. Наверх — это когда пошалить охота…
Свет фонаря снова ударил мне по глазам.
— Это ты к чему?
Я зажмурилась.
— На юмор пробрало.
— У тебя шутки, как у армейского старшины. Такие же соблазнительные, — на этой фразе ослепленную меня осторожно подтолкнули под локоть к лестнице.
Я ее как раз видела с минуту назад, так что направление определила без труда.
— А тебя где поселили?
— На первом этаже в правом крыле. Спокойной ночи.
— Спокойной, — пробормотала я и, слегка расстроенная таким окончанием диалога, шагнула на первую ступень, затем на вторую.
На третьей мне вдруг пришла в голову гениальная мысль на словах отблагодарить Света за помощь в спасении брачующихся. Я развернулась, одновременно набирая в грудь побольше воздуха, чтоб, так сказать, благодарность была обширнее, шагнула и рухнула шестидесятикилограммовым мешком вниз. Воздух с удушенным писком покинул легкие.
— Б, — сказал Пересвет.
Я до сих пор не знаю, чем «б» было в оригинале, но осмелюсь предположить, что ничем приличным.
