Раньше она понимала, что наполнить смыслом свою жизнь, связавшись со случайным парнем, невозможно. После одной ночи или нескольких, если повезет, наступало глубокое разочарование. Никого не интересовала ее страсть к книгам, ее проблемы с родителями, ее внутренний мир. По сути, она никому не была дорога. Никогда.
Но она научилась с этим жить. Ее больше не трогали неудачные свидание, она не плакала по ночам в своей одинокой постели. Мерлин стал ее другом, единственным живым существом, которому она могла поведать все свои сокровенные тайны и не боялась, что ее предадут или высмеют. Черт побери, Мерлин был бы идеальным мужчиной, если бы не был котом.
Теперь же гадкое чувство уязвимости опять жгло душу. Если Аргус сейчас уйдет с этой рыжеволосой бестией, в ее груди появится дыра размером с кулак. И Кира презирала себя за ненужную, глупую слабость в отношении эгоистичного мужчины.
Она не понимала, зачем Мидора сказала ей оставаться с Аргусом до самого Зеркального источника? Почему бы не встретить ее на полпути, обучить всему, что ей нужно знать, защитить? Возможно, у нее появится новая семья, которая не испугается, а, наоборот, будет приветствовать и развивать ее способности? И эти люди, окажись они такими добрыми и отзывчивыми, как надеялась девушка, смогли бы заполнить эмоциональный провал в ее душе, утолить желание близости с кем-то, кому она небезразлична.
Ветер, поднявшийся всего несколько минут назад, стал заметно горячее. Кира подняла голову и посмотрела на небо.
Солнце садилось, окрасив небосвод всеми оттенками красного. Золотисто-лиловые облака нависали так низко, что, казалось, цеплялись за верхушки деревьев. Они клубились, подгоняемые порывами ветра, и потрескивали, высекая снопы золотистых искр. Это напомнило девушке о грозе на Земле, о громе и молнии, о запахе озона и дождя, собиравшемся в воздухе.
В животе вновь заурчало тогда, когда ее нос уловил запах еды со стороны деревни. Кира сглотнула слюну, наполнившую рот в одно мгновение, и решила, что никто и ничто не стоит ее голодной смерти. Наплевав на дикарей, которых она собиралась покинуть, потому что чувствовала себя почти здоровой, и мужчину, который по непонятной причине не выходил у нее из головы, она зашагала в сторону землянок, стараясь повыше вздернуть свой носик.
Факелы мягко светились у входа в каждое жилище, что придавало неказистым постройкам особо торжественный вид. В самом центре деревни, прямо на земле, начиналось настоящее пиршество. На подстилку из широких листьев, заменявших скатерть, принесли огромное количество различных яств. Помимо фруктов, орехов и запеченных корнеплодов, Кира увидела также миски с жареным мясом, что было удивительным. Дикари говорили, что животные покидают эти земли перед жутким природным катаклизмом. Но именно этот волшебный запах привлек ее внимание и заставил забыть обо всем на свете. Кира не была вегетарианкой и любила жареные куриные ножки почти так же, как и горячий шоколадный торт с мороженным.
Девушка без стеснения подошла к пирующим и села прямо на землю между двумя парами, жадно чавкающими и вытиравшими руки о свои бедра.
Шаман кивнул ей и сделал знак, чтобы она угощалась. Кира поспешила отломить часть от аппетитной тушки птицы. Мясо сметали с блюд первым.
Зара находилась на другом краю стола, напротив шамана, а рядом с ней вальяжно расселся Аргус. Он ел мясо с ножа, и блики огня, отражавшиеся от стали, играли в его полуприкрытых глазах. Зара жадно следила за ним и не стеснялась наполнять его кубок.
Трог поднял руку, вынуждая всех прекратить разговоры и перестать запихиваться едой. Он обратился к присутствующим с торжественной, пафосной речью.
— Перед Великим гневом земли мы чествуем наш плодородный край! Мы возносим ему хвалу, зажигая священные огни, вкушая его щедрые дары, продолжаем наш род в надежде, что жизнь, подобно кольцам Желтой планеты, не прервет свой ход. Что после засухи и гнева прольются дожди, наполнят наши реки, приведут сюда животных, заставят леса зеленеть и плодоносить. Пока вы пьете — вы живы! Пока вы едите — вы живы! Пока делаете новое потомство — вы живы! Так воздайте же хвалу нашей земле, не прервите вечного хода времени. Я призываю вас сегодня почитать жизнь. Ойе!
— Ойе! — заголосили опьяневшие от сытной еды и хмельного питья люди.
Кира молча пригубила напиток, который щедро наливали во все кубки. Кисло-сладкое варево отдаленно напоминало вино, но было таким крепким, что у нее перехватило дух.
Работая в баре, Кира научилась ценить трезвый образ жизни. Она изо дня в день наблюдала, как из-за алкоголя тупели и дурнели другие. Помнила болезненную желтизну и одутловатость лиц, влажную кожу и остекленевшие глаза. Она решила, что даже самый дорогой напиток не стоит таких жертв, не говоря уже о том, что самые нелепые и страшные поступки совершались после нескольких добрых стопок.
Отставив свой бокал, она съела еще пару кусков запеченных овощей и напоследок с удовольствием проглотила какой-то сочный фрукт.
