- Отлично, Юджин, сейчас поднимусь к нему. - Он повернулся к Хомеру: - Вот сын майора Гарденера. Майор вызывает меня к себе. Если вы действительно хотите работать с нами, я, разумеется, скажу ему... - Он обратился к мальчику: - Юджин, познакомьтесь. Это наши соотечественники. Мистер Хомер служил на фронте в одной части со мной, а теперь он педагог и вместе со своими питомцами путешествует по Франции.
Мальчик поклонился учителю.
- Очень, очень рад знакомству с вами, молодой человек, - заискивающе сказал Хомер, тиская толстую руку Юджина. - Я уверен, вам тоже приятно встретить здесь своих земляков, познакомиться с моими воспитанниками, а? - И Хомер, не дожидаясь согласия мальчика, позвал: - Эй, джентльмены, пожалуйте-ка сюда! Я приготовил вам приятный сюрприз! Вот вам товарищ, и ровесник - сын майора Гарденера. Прошу любить и жаловать! - Хомер сделал широкий жест, как бы приглашая всех присутствующих раскрыть дружеские объятия.
Однако никто не ответил на его приглашение. Мальчики стояли молча, разглядывая друг друга.
- Ну, вы тут болтайте, знакомьтесь, а я пойду посмотрю комнаты, которые нам отвели. - И Хомер удалился.
Наступило долгое молчание. Юджин безучастно глядел в окно, остальные на него. Наконец Дэв Ванами, самый старший, заговорил:
- Давно ты здесь со своим родителем?
- Не, - сказал Юджин.
- Нравится тебе здесь?
- Не, - был тот же ответ.
- Гм... с тобой, видно, не разговоришься, - констатировал Дэв. Он отошел в сторону, выразительно посмотрев на товарищей. "Ну, кто следующий?" - говорил его взгляд.
Вперед выступил Рой Мэйсон. Как вполне светский юноша, он не боялся осрамиться в любой беседе.
- Послушай, друг, ты ведь учился в Штатах? - обратился он к вялому молодому джентльмену.
На этот раз Юджин только утвердительно кивнул головой.
- А здесь учишься где-нибудь?
- Не, - послышался знакомый звук.
Рой, однако, продолжал "разговор":
- А почему, собственно говоря, тебе здесь не нравится? Ведь я правильно понял: тебе здесь не по вкусу?
Неожиданно лицо Юджина оживилось.
- Коробки дрянь! И выживают, - отрывисто выговорил он.
Школьники переглянулись.
- Ого, приятель, это уж целая речь, - сказал Дэв. - Может, теперь ты окончательно проснешься и объяснишь нам, что это за коробки, которые выживают?
Юджин покраснел и насупился.
- Нечего дурачками прикидываться, - сказал он сердито. - Коробки - это моя страсть! Я их собираю. Ну, спичечные коробки. - пояснил он. - А выживают французы. Как выйдешь, так: французские мальчишки начинают кричать: "Америкен-гумми!" Или поют: "Станцуй, американец, нам самый модный танец". Противно!
Школьники переглянулись.
- Ребята, а ведь это действительно так, - вмешался Тэд Маллори. - Вспомните, как на нас косился тот старик на станции. А этот карапуз, который шипел на нас, как утюг... Его еще та девочка в штанах остановила, а то бы он полез драться...
- А шофер такси! Вспомните шофера! - взвился Фэйни. - Нет, ребята, Юджин все правильно заметил. Послушай, ты, давай водись с нами, - обратился он к сыну майора. - Мы все дети одной божьей страны, стало быть, должны держаться друг за друга. Если мы будем вместе, нам никто не страшен. А уж эти французы, - он скорчил презрительную гримасу.
- Не, - снова сказал Юджин.
- А чего же ты хочешь? - не выдержал Тэд.
- Хочу быть один, - сказал Юджин.
Рой Мэйсон свистнул.
- Ого, приятель, ты, я вижу, с характером, - сказал он. - Тогда чего же ты испугался? Французских ребят? Тебе это не к лицу. Ты же сын военного! Или, может, старик твой такого же храброго десятка? - добавил он насмешливо.
Школьники с интересом ждали, что ответит Юджин. Однако вместо ответа тот широко и с удовольствием зевнул.
Снова наступило томительное молчание. Дэв Ванами ломал голову, придумывая, чем бы еще вызвать Юджина на разговор. К счастью школьников, на лестнице одновременно с разных сторон появились Хомер и Билл Удхауз.
- Мистер Хомер, майор Гарденер просит вас к себе вместе с вашими питомцами. Да, да, именно вместе. Он так и сказал, - повторил Билл Удхауз в ответ на недоумевающий взгляд Хомера. - Он сказал, что это удивительно кстати и что сам бог послал вас сюда.
Майор Гарденер производил на редкость симпатичное впечатление. Очень бравый, начищенный, с красным лицом, словно только что крепко растертым мохнатым полотенцем, майор всегда держался так, точно позировал для фотоснимка гимнастического общества. Он гордился тем, что представляет собой законченный тип бодрого, преуспевающего американца, и любил повторять, что в нем воплощены национальные черты.
- Энергия и воля плюс оптимизм, джентльмены! Никогда не теряем бодрости и чувства юмора. Никакой расхлябанности, никакой неврастении... Мы не Европа, мы Америка.
