Шофер провожает до входа, но не того, где толпится народ, а другого, где на руку вежливо ставят золотистую печать «VIP», открывают красную цепочку, провожают внутрь.
Администратор Моника ведет меня наверх по лестнице, обитой ковролином. Не отставая, попадаю в эпицентр живого организма.
На первом этаже подо мной расположен танцпол. Горячие тела двигаются в такт музыке. Под бит, заданный диджеем. На отдельных площадках танцовщицы гоу-гоу развратно двигаются, передавая возбуждение через флюиды. За барной стойкой происходит шоу от барменов, алкоголь льется рекой. Все мешается со светодиодами, стробоскопами, лазерными установками, закручиваясь в хаос.
Моя зона — ВИП. Место для золотой молодежи, богатеньких толстосумов с продажными манекенщицами. Наверху зеркальные приват-комнаты, разных оттенков, уверена, что и атмосфера в каждой своя.
Всё помещение — одно сплошное многоэтажное кольцо. С легкостью могу очутиться на противоположной стороне.
— Присаживайтесь! — перекрикивает грохочущую музыку, отодвигает красное кресло. — Меню. Господин Абу Али Вакиф ибн Хусейн ибн Зейя Аль Тико скоро подойдет. Можете заказать все что пожелаете. Бар тоже в вашем распоряжении. Это кнопка вызова официанта.
— Спасибо!
***
Заказав себе коктейль, подошла к бортику балкона, залюбовалась раскаленным танцполом. Народ отрывается, покачиваюсь под ритм трека.
Сильные руки ложатся мне на плечи, вздрагиваю от неожиданности.
— Аксынья! Вас нэ узнать! Как вам вэчэр? — разворачивает к себе.
— Восхитительно!
— Надэюсь, ви нэ скучалы? — притягивает к себе, в кольцо своих объятий. Наклоняется для поцелуя, отворачиваю лицо в сторону, горячие губы попадают в скулу.
От него пахнет алкоголем, табаком и еще чем-то, не могу разобраться. Разве праведные мусульмане пьют? Меня начинает раздражать такая близость, нарушение дружеских границ.
— Не успела! — улыбнувшись, освобождаюсь от захвата.
Явно не нравится моя отдача на его «нежность».
Скалится в улыбке, глаза меняют оттенок на красный, зрачки расширяются, превращаясь в глубокую темную бездну.
— Хорошо-ё-о! Пойдомтэ, выпьем! Как говорытся накатьим за встречью.
***
К нам подошла улыбающаяся официантка, шейх наклонил ее к себе. Посматривая на меня, шептал ей на ухо, она исподлобья тоже смотрела на меня, хитро улыбалась, поддакивала, кивая головой на его монолог, затем удалилась.
Он раскинулся в кресле, затягиваясь кальяном, выпуская струю дыма вверх. Наверно, тогда я была похожа на испуганного кролика, но до конца не осознавала, что попала в логово удава. Все говорило о том, что надо уходить, но я проигнорировала свои предчувствия. Особенно после того, как случайно посмотрела в сторону, где сидела толпа до боли знакомых людей. Среди них тот, ради кого все и затеяла.
Люцифер, мое ночное проклятие, демон во плоти, мучивший меня любовью к себе. И никак не избавиться, не вырвать это из себя.
Шейх что-то рассказывал, но я его не слушала, да и не хотела слышать, мое внимание было приковано к другому столу. Да, я хотела встречи, но не была готова к тому, что она произойдет сегодня, сейчас, прямо здесь.
В висках стучал пульс, как будто забивали гвозди молотком. Руки задрожали и моментально вспотели ладони. Все это стало походить на эпилептический припадок.
Он сменил брюки на джинсы, белую рубашку на свой любимый цвет — черный. Рядом с ним, закинув на него свои ноги, сидела блондинка в коротком платье. Попивая янтарную жидкость маленькими глоточками, он поглаживал оголившееся бедро своей барби.
Яд во мне распространялся стремительно, отравляя разум. Лишая вообще мыслить адекватно. Он скорей, распалял желание, оттягать девку за крашеные патлы, а ему выколоть глаза. Толкал совершить безумие. Обида, боль и ненависть поползли наружу. Все эти недели жила в агонии, упиваясь надеждами. Ненавидя его за свою любовь. А он даже не думал обо мне. Как и говорил, «хозяин жизни», сволочь.
Акси
— Ваш коктейль! — приторная официантка ехидно улыбается, поджигая его.
Не разбираясь, выпиваю залпом горящую жидкость, немного опаливая губы. Закашливаюсь.
— Тыше! Нэ спэши! Его так не пыют! Потыхоньку, это особий эликсир, приготовленно для тебья.
— Еще! — с грохотом ставлю шот на стол.
— Еще? — широко раскрывает глаза, с удивлением переспрашивает, косясь на шейха.
— Ещье так ещье! Чего стоишь, иды прынеси. И мнье! — расплывается в улыбке, делая затяжку кальяном.
Нагло пялюсь на соседний стол. Силиконовая манекенщица гладит Ияра по его широкой шее, припевает, ерзая на своей пятой точке, придвигаясь к нему поближе за поцелуем, но получает отказ, посасывает мочку его уха.
Перевожу взгляд на Вакифа, он что-то говорит, но его потуги перекричать музыку проходят мимо моих ушей.
Официантка приносит добавку. Жестом показывает ей, что свободна.
Придвигается ко мне ближе, поджигает.
Залпом втягиваю огненную смесь, перекидываю трубочку в другой шот, не переводя дыхания, всасываю пойло.
— Воу, воу, полэгче девочка! — смеясь, поворачивает мой подбородок к себе, вытирает пальцем каплю с нижней губы, слизывает ее. — Нравиться? Знаю, что дьа! Пэй потыхонку.
