Диолин смущённо поклонился и поспешил продолжить путь. Смеющаяся принцесса удалилась в другую сторону. Значит, делегация привезла двойника, интересно, отец заметил? Сначала девушка думала рассказать о своём наблюдении, затем решила не делать этого. Местоблюститель полонийского престола бережет прямого наследника, разве можно его винить. Море в это время года неспокойно, император не раз говорил об этом, когда Ильберта упрашивала отпустить её в Макрогалию. Рисковать жизнью принца не разумно, хотя именно приезд «Диоля» вызывал особое доверие императора. Надо отдать должное изобретательности этого Дестана, девушку веселила удачная игра гостей, так она была обижена на венценосного родителя.
Внешнее спокойствие, царившее на переговорах, было обманчивым. Велась скрытая работа. Обе стороны потратили немало сил на выяснение «истинных» намерений друг друга. Меерлох неприятно удивился, узнав о проводимой в Полонии на случай вторжения подготовке. Дестан огорчился, узнав о заморской миссии Лейпоста. Воображение того и другого рисовало красочные картины коварства, умело спрятанного за благодушной маской собеседника. Хотя война не была целью ни того, ни другого, с мыслью о возможности уже свыклись и готовы были свыкнуться с неизбежностью. А мысль, как известно, если она появилась, найдёт способ воплотиться в жизнь.
Дестан в целом доволен достигнутыми результатами. Он отвлёк внимание императора от привозных работников. Задача обеспечения переселенцев достойными условиями жизни была для Меерлоха новой и не слишком привлекательной. Он не отверг её сразу, это откладывало наступательные действия метрополии – они произойдут не раньше весны. Есть время подготовиться. Боевых кораблей за этот срок не построить, придётся имеющиеся оснащать дополнительными орудиями. Мирный флот во главе с королевским фрегатом затруднит высадку врага на полонийские берега. Тут местоблюститель вспомнил о намерении Рогнеды ранней весной отправить королевский фрегат к берегам Макрогалии. Она надеется, что Энвард выберется из Драконьего Чрева на берег моря, и корабль нужен для вывоза людей в Полонию. Но противостоять флоту Титании без фрегата невозможно. Надо просить Руденета найти корабль для короля и принцев. Руденет родственник Энварда. Участие в истории с долиной-ловушкой делает его должником. Размышляя, Дестан прогуливался по парку. Диолин играл в мяч с принцессой и её фрейлинами. Ильберте всё-таки удалось подружиться с мальчиком. Она, видимо, догадалась, что это не принц. Рискованно было привозить сюда Диолина, объявив его Диолем, но всё обошлось. Полномочия Дестана подтверждены, и не последнюю роль в этом сыграло присутствие принца, которого Меерлох думал усадить на трон под присмотром опекуна. Идиллия в отношениях дяди и племянника не давала надежды на подобное решение. Теперь делегация собиралась в обратный путь.
55. Ладельфия. Полонийский принц Диоль – пленник в замке Корнильё
Сладкий сон Диоля бесцеремонно прервали. Его, наскоро собрав в дорогу, вывезли из замка. Принц некоторое время боролся с волнением. Он ждал чего-то подобного, но спокойное существование в последнее время вселило уверенность, что плохого не должно произойти. Мальчик оглядел сопровождавших. Его везли в карете, рядом находилась незнакомая дама, военные ехали верхом, по виду трое из них титанийцы. Высунувшись из окна, Диоль старался рассмотреть тех, кто следовал за каретой. Его осторожно потянули за рукав. Дама усадила спутника на диван и, погрозив пальчиком, снова задремала. Заметив Руччо, принц облегчённо вздохнул, он успел привыкнуть к этому немногословному, исполнительному человеку. Почему его так спешно увезли из замка, Диоль не понимал. Путь был недолгим, они разместились в небольшом поместье. Просторная светлая комната, куда занесли немногочисленные вещи полонийского гостя, соседствовала с переделанной из гардеробной каморкой, отведённой Руччо. Теперь охранник находился рядом постоянно и вообще, принц шагу не мог ступить, не встретив кого-нибудь из военных. Что их напугало? Все попытки выяснить это у Руччо закончились неудачей, единственной темой, которую тот мог поддерживать, были лошади. Об этом благородном животном слуга-надсмотрщик мог говорить бесконечно.
– Я в армию пошёл, чтоб поближе к коням быть, – доверительно сообщил Руччо принцу, дожидаясь, когда тот закончит ужинать. Диоль не торопился, заметив, с каким удовольствием парень греется у камина. В его каморке прохладно.
– Так ты конюхом служил?
– Всякое бывало, но уход за лошадьми мне часто поручали, зная, как я это люблю.
– Неужели нигде нельзя работать с лошадьми, кроме армии, – усомнился мальчик.
