Мир всё ещё крутился над Дрейком, и качался из стороны в сторону – такое обычно могут испытать лишь поистине преданные пьяницы. В ушах стоял устойчивый и громкий звон, который был не только болезненным, но и тошнотворным. Это конкретное мучение Дрейк отметил, выблевав то немногое, что осталось в его желудке. Казалось, тело стало похоже на тесто – побитое, помятое, снова побитое и наконец оставленное запекаться в неприятно высокой температуре. Он ожидал, что это снова вызовет мучительные воспоминания о заключении у друрров, но его память взбунтовалась и отказывалась исполнять приказы.
Сверху на Дрейка полилась тёплая вода, и спустя мгновение перед ним появилась прекрасная и очень обнажённая женщина. Она что-то говорила, но звуки не проникали сквозь звон в ушах, и Дрейк не мог удерживать внимание на её рте, чтобы читать по губам. Его глаза опустились, и он увидел там сиськи, которые немного покачивались, когда она его трясла. Дрейк собрал все свои силы и всю оставшуюся волю, героически оторвал руку от земли и схватил Бек за левую грудь.
Элайна уже много дней наседала на команду, и это принесло плоды. Они не только успешно сбежали от военно-морского патрульного судна, но ещё так обогнали "Океанскую Бездну" и Блу, чтобы вернуться домой в Фанго по меньшей мере на день раньше бесполезного синебородого дурака. Элайна объяснит всё отцу намного раньше, чем Блу сможет высказаться, а ещё преподнесёт ему часть из тех декадентских вещей, что они украли с акантийского флейта.
– Кэп, на землю сможем сойти уже через час, – сказал Корин из-за спины Элайны. – Поллик говорит, он заметил корабль, который выглядит точно как "Чёрная Смерть", так что, наверное, твой папаша там.
– Хорошо, – вот и всё, что ответила Элайна. С тех пор, как они взяли флейт, она вела себя с другом сначала холодно, а потом и вовсе стала ледяной. Корин выглядел трезвым, но будь она проклята, если он не заслуживал такого обращения. Он же квартирмейстер на пиратском судне – и не просто на пиратском, а на принадлежащем Таннеру Блэку. Будет знать, как исполнять обязанности под "Люси". Элайна не потерпела бы такого ни от кого из команды, даже от лучшего друга, и её недовольство должно быть хорошо видно.
– Ты ж, эм-м… – Корин тяжело вздохнул. – Ты ж ему не скажешь, а? – Корин вырос с Элайной и видел, на что способен Таннер. Он видел, что семья и друзья не получали снисходительности только из-за родственных или дружеских уз. Отец Элайны верил, что могущество можно получить только через боль и тяготы, и уж он на них не скупился.
– Корин, и за дисциплину моей команды, и за наказания несу ответственность я, – сказала Элайна, не глядя на своего друга. – Папаню это нихуя не касается, а если б и касалось, я в последнюю очередь позволила бы его людям наложить на тебя свои грязные ебучие лапы.
– Спасибо, Эл.
– Я тебе говорила, не называй меня так.
– Прости, кэп.
– Кор, это проблема? – быстро сказала Элайна, пока её квартирмейстер не ушёл.
Повисла выразительная тишина.
– Нет. Никаких проблем.
– Когда в последний раз ты принимал эту дрянь?
– В день, когда мы захватили флейт. В день, когда ты выяснила. – Элайна слишком хорошо знала своего друга – дрожь в его голосе выдавала ложь.
– Корин, если…
– Всё нормально, кэп. Как ты и говорила. Моё дело, чем я занимаюсь в свободное время, если это не влияет на корабельные дела. Не повлияет. Клянусь.
Элайна повернулась, но её друг уже спешил по палубе в поисках работы, так что на этом всё и закончилось.
– Кэп, что будем делать с добычей? – спросил Ровель, когда Элайна выпрыгнула из лодки на пирс.
– Пока ничего. До тех пор, пока её не осмотрит пой папаша.
– С хуя ли? – крикнула Иландра. Эта пиратка славилась своим пронзительным голосом. – Добыча наша, а не его. Зачем…
Ровель сильно шлёпнул её по губам – и недостаточно быстро. Лишь самые храбрые и слабоумные отваживались критиковать Таннера Блэка на его собственном острове.
– Мы на его острове, – тихо сказала Элайна. – Он получает долю, а это значит, он сам выбирает. Ясно?
Иландра кивнула, но выглядела недовольно.
– Я скоро вернусь, – сказала Элайна, скривившись.
Ровель сложил мясистые руки на не менее мясистой груди.
– Тебе нужно сопровождение?
Элайна фыркнула и пошла прочь.
Большинство людей боялось острова Коз. Они теснились в заселённых местах и ходили только по "безопасным" территориям, отмеченным защитными знаками, которые Таннер называл магическими. Действительно, были известны случаи, когда мужчины и женщины уходили в джунгли и больше не возвращались, или возвращались, но изменялись до неузнаваемости. Но для Элайны на острове Коз секретов не было.
