Скованный, побежденный Смирнов парил в воздухе, опутанный магией так, что едва мог дышать — первое, что они увидели. Чародея в этот момент как раз освобождали он доспехов и искали артефакты плененного Мага Заклятий. Даже странно, что он сумел в такой ситуации активировать сигнальный артефакт Пространства.
А с той стороны на них глядели трое — реинкарнатор Аристарх и тот, кто возглавлял Теней Второго Императора. Владимир Романов, принятый в Род через брак, Первая Тень. Опасный и умный противник, которого признавал и даже немного уважал Илья Залесский…
Третьей же была та самая нежить, ради похищения которой и была вся операция. Невероятно красивая слегка бледноватая девушка, которая ощущалась как живой человек и поражала бессмертного чародея своей аурой. Восьмой ранг, и не на уровне только взявшего ранг существа — её аура была одной из мощнейших, что он видел за почти восемь веков своей жизни. Перед ним предстала обладательница как минимум шести, а то и семи Заклятий, и это сильно осложняло ситуацию…
— Добрый вечер, господа, — спокойно поздоровался он. — Богдан Ерофимович Залесский к вашим услугам.
— Да я итак догадался, кто ты, — негромко, прищурившись и напряженно глядя на него ответил Аристарх. — Я уже столько лет сталкиваюсь с вашими подчиненными, что давно пора было поглядеть на их хозяина.
Двусторонний портал позволял ощущать ауры и даже отправлять через себя заклятия, и Залесский сейчас ясно ощущал тонкие, невероятно искусно сплетенный заклинаний Познания, которыми реинкарнатор буквально опутал его ауру, пытаясь её изучить. Скрытая артефактами и собственным чарами истинная аура и сила начальника Тайной Канцелярии была прикрыта ложной аурой Архимага — достаточно сильного для своего ранга, но не более. Эта маскировка ещё ни разу его не подводила, но сейчас…
— Что же ты такое, господин Залесский? — задал явно риторический вопрос Аристарх. — Ладно, вернемся к делу. Я так понимаю, вы хотите вернуть своего человека?
— Именно, — кивнул он. — Желательно вместе с той боевой группой, что его сопровождала. Нужны выжившие, если они есть, и всё, что осталось от тел погибших — они заслужили достойное погребение.
— По этому вопросу вам лучше обратиться к Володе, — усмехнулся он. — Он куда лучше меня разбирается в вашей кухне и я полностью полагаюсь на него в этом вопросе. Однако должен сразу предупредить — речи о возвращении вашего Мага Заклятий и быть не может. Только о пятерке его Архимагов — они, кстати, все не просто живы, но даже не ранены.
Разговор с Первой Тенью Павла Романова тоже не задался — за возвращение пленников он выдвигал свои условия, на которые начальник Тайной Канцелярии принципиально был не согласен. А ещё его изрядно раздражали изучающие его чары Аристарха. Вести серьезный разговор и одновременно сражаться в ментальном и аурном противостоянии, не прибегая при этом к своим настоящим силам и действуя лишь артефактами и магией не выше седьмого ранга — давно, очень давно не сталкивался Илья Залесский с таким открытым пренебрежением к своей персоне…
— Какая мерзость! — внезапно воскликнул Аристарх. — Ну ты и тварь…
А после этих слов через портал влетело атакующее заклинание — могущественное, на пике возможного для восьмого ранга и даже чуть больше. Этот удар был не слабее полноценного Заклятья… И что бы отразить его, Илье пришлось отбросить осторожность — чары реинкарнатора были слишком искусны, слишком хороши, что бы защитные чары на их стороне портала успели их блокировать…
Не задалось у нас знакомство — мелькнула мысль в голове Ильи, активирующего одно из своих Заклятий…
То, что я ощутил, когда наконец сумел проникнуть сквозь ложную ауру Залесского заставило меня содрогнуться. Не от страха, нет — от омерзения. Такое количество кровавых жертв, что оно стало напрямую отображаться в ауре волшебника — это явление очень редкое. Ибо количество лично замученных и убитых жертв должно исчисляться сотнями тысяч… А секунду спустя, поглубже погрузившись и наконец разглядев её целиком, меня аж замутило.
Если привести аналогию — я сейчас снял красивую упаковку и взглянул на то, что в ней хранилось. А там оказались разложившиеся и воняющие куски человеческой плоти, вокруг которых уже роились мухи и прочие насекомые-падальщики… Его аура была в точности такой же, как у приближенных Темной Звезды, усиливших себя за счет крови невинных.
Вести переговоры и о чем-то договариваться с этим существом⁈ Ну уж нет — я половину прошлой жизни воевал с этими тварями.
В общем, у меня сработал старый, вбитый накрепко инстинкт — ударить насмерть если есть шанс на успех или бежать прочь, если тварь слишком сильна.
— Какая мерзость! — не удержался я. — Ну ты и тварь…
