От таких сумасбродств внутри разгорался огонь, который Эйкке не знал, как потушить. У них не было и не могло быть ничего общего с дорини Кассандрой! Она помогала ему разыскать кровь перламутрового дракона. Он пообещал отвести ее к матери. После этого они должны будут расстаться навсегда, вернувшись каждый к своему племени. К чему тогда Эйкке сейчас позволял подобным глупым желаниям застилать разум и растравлять тело? И не останавливало даже то, что сама Касси относилась к нему исключительно с жалостью и снисхождением, даже узнав, кто он на самом деле. Впрочем, какие еще чувства можно испытывать к существу, не способному быть ни драконом, ни человеком? Не обладающему никакими выдающимися способностями? И не умеющего владеть собой?
Так целовалась или нет?
Замечтавшись, Эйкке пропустил тот момент, когда Касси заметила его взгляд и озадачилась его значением.
— Не то что-то говорю? — расстроенно уточнила она. — Ты лучше знаешь, что к чему, Эйкке, поправляй меня, если что.
Ксандр хмыкнул, явно серьезно сомневаясь в его осведомленности. Эйкке криво усмехнулся, понимая, что сам виноват в той неловкой ситуации, в которую попал. И неприятно было лишь из-за того, что туда же он затянул еще и Касси.
— Ты все правильно говоришь! — отрезал он и бросил на Ксандра вызывающий взгляд. — Только вам для начала надо позаботиться о собственной безопасности. Помощь дракону — это серьезное преступление, там никакие смягчающие обстоятельства не сработают. Поэтому хорошо бы вам помелькать какое-то время на празднике, найти свидетелей, которые в случае подозрений подтвердят, что видели вас в этот день совсем в другом месте, и только ближе к ночи отправляться на рудники. Верхом вы проделаете путь до них часа за три. А я выйду загодя, чтобы встретиться с вами уже на месте. Поутру самый крепкий сон — и самое подходящее время, чтобы незамеченными пробраться во вражеский лагерь.
— На своем опыте выводы делаешь? — принял вызов Ксандр, но тут уж Эйкке нечего было скрывать.
— Именно! — подтвердил он. — И предлагаю не изобретать второй раз колесо, а заняться более важными вещами!
Касси улыбнулась и кивнула.
— Так и поступим, — вынесла вердикт она. — И у Ксандра как раз будет время исправить все свои недочеты, на которые он столь упорно сегодня намекал.
Ксандр поперхнулся от подобной тирады, но возражать не стал.
— Кассандра!
Раздраженный голос мачехи в который раз заставил Касси вздрогнуть, хотя, казалось, за четыре с половиной года она должна была привыкнуть и к нему, и к тому, что Ниобея обожала неожиданные появления и еще более неожиданные упреки.
— Ты куда это собираешься, краса моя? — издевательским тоном поинтересовалась мачеха, увидев, как Касси в своей комнате прикалывает к волосам заколку с искусственными цветами. Вряд ли у нее было хоть одно сомнение относительно планов падчерицы в День весеннего равноденствия, однако для унизительного запрета пойти на праздник это было отличное начало. Вот только Касси ее мнение больше не интересовало.
— Туда же, куда и вы, очевидно, — спокойно заметила она. — Или вы решили лишить сегодняшние гулянья своего присутствия?
Ниобея приподняла брови: к дерзости падчерицы она была привычна, а вот к ее бесстрашию оказалась не готова. Однако смутить ее это не могло.
— Пока мне очевидно только то, что ты не получала от меня позволения покидать дом, — с чувствительным превосходством в голосе напомнила Ниобея. — А потому предлагаю тебе выбрать наряд попроще и поудобнее для игр с Протеем. А я…
Однако Касси покачала головой.
— К сожалению, вынуждена ответить вам отказом, — сообщила она. — Видите ли, с тех пор как у меня появился жених, я обязана выполнять не только ваши, но и его капризы. А Ксандру сегодня хочется веселиться на празднике в моем сопровождении. И вряд ли он сочтет достойной ту причину отказа, что вы для меня придумали.
Это родители Ксандра, с которыми они наконец поделились своей придумкой, подсказали им, что согласно закону потребности нареченного жениха ставились для дорини выше всех остальных, в том числе выше потребностей ее родителей. Касси с удовольствием расцеловала дорра Феана и дори Иолу за такие сведения, ведь они вполне официально ограждали ее от всех мачехиных поползновений и развязывали руки в плане свободы передвижения и распоряжения собственным временем. Касси, конечно, жалела Протея, которого приходилось бросать с не особо усердной матерью, но она утешала себя мыслью, что все ее старания направлены и на его выздоровление. Эйкке обещал после возвращения первой ипостаси отвезти Протея в Армелон к чудо-целителю, даже если дорр Леонидис будет против. Он не сомневался в его умениях. И Касси убедил в том, что они не выдуманы.
Ниобея прищурилась. Вне всяких сомнений, она знала о таких предписаниях для невесты, но с удовольствием пользовалась неосведомленностью падчерицы. Что ж, Касси с не меньшим удовольствием лишит ее этой привилегии.
