— Ну тогда я верю в тебя!— улыбнувшись, вернула ему пожелание.
Саша, улыбнувшись, тепло посмотрел на меня и сердце вновь защемило. Черт, да когда я научусь спокойно общаться с ним?
— Почти приехали, — зачем-то объясняет он, выруливая к университету.
Около ступенек стоят двое мужчин и, кажется, ждут они именно нас. Вернее, Сашу.
— Ну все, спасибо что подвезла! И удачи тебе с вредными клиентами!— подмигнул мне Саша.
— Это тебе спасибо! И удачи тебе с не менее вредным профессором...— улыбнулась в ответ и одновременно вышли из машины.
Саша направился к мужчинам, а я села за руль.
Игорь Иванович перевел взгляд с меня на уезжавшую машину.
— А это твоя невеста была?
— И вам здравствуйте! Нет, это не невеста! Вы знаете мою ситуацию... Мне сейчас не до отношений!
— Жаль!— вздохнул Семеновский и я раздраженно сжал зубы.
— Вообще какое отношение моя личная жизнь имеет к семейному бизнесу?
— Самое прямое! Понимаешь, мы хотим, чтобы во главе компании стоял серьезный человек, который своими выходками не опозорит наши фамилии. Мы хотим видеть во главе компании семейного человека. Семья — самое важное в жизни. Без своей жены я бы ничего не добился. Аля — моя опора и поддержка.
— Но ведь Алексей счастливо женат...— не понял я их политики.
— Это не помешало ему загреметь в КПЗ,— усмехнулся молчавший до этого сын Игоря Ивановича.
Семеновский посмотрел на сына и покачал головой.
— Нам нужен человек ответственный... Который не загремит в КПЗ и не устроит дебош в ночном клубе, — тут же говорит он, видя мое раздражение. — И который не бросит все и не уйдёт в запой. Саш, ты пойми, лично к тебе ни у меня, ни у остальных акционеров претензий нет. Но… Твой отец был чудесным человеком, он бы тоже не потерпел такого... Я все понимаю! И твоя ситуация, и Алексей поступил по-мужски... В общем, ты понял нашу политику. Извини, но по-другому в бизнесе нельзя. Или, может, ты…
— Женюсь только ради того, чтобы вам стало проще мне доверять? — морщусь, понимая абсурдность предложения. — Нет. Для этого можно придумать другие варианты.
— Тогда давай работай с тем, что есть. — Старик снова хлопает меня по плечу. — Кстати, а девушка — хороша. На Алю мою похожа в молодости.
И не говоря больше ни слова, Семеновский ушёл. Его сын, Вадим, развёл руками и ушёл за отцом, а я запрокинул голову, пытаясь успокоиться.
— Ну как встреча?— нетерпеливо спросил Лёха, едва я вошёл в офис.
— Никак!— раздраженно сказал я.— Старик совсем обезумел. Заявил, что будет мне доверять, если я женюсь...
Лёха ошеломлённо посмотрел на меня.
— Ты еще не оправился от смерти Тани, Саш. И думать даже странно о том, что ты можешь связать свою жизнь с другой.
— Я и не собираюсь. По крайней мере физически. Но если для того, чтобы спасти семейный бизнес, мне надо жениться, я готов!
В волнении брат заходил по кабинету.
— К чему ты ведёшь?
— Фиктивный брак.— коротко ответил я.
Брат замер и ошарашено оглянулся на меня.
— Я надеюсь ты сейчас шутишь?
— Нисколько. Моя пассивность довела семейный бизнес чуть ли не до банкротства.
— Спад в бизнесе никакого отношения к твоей семейной жизни не имеет, — воскликнул Лёша.
— Но я все же старший, — оспаривал я, стуча себе в грудь кулаком. — Я за все отвечаю, Лёха! И если «Громстрой» вылетит в трубу, это будет на моей совести всю оставшуюся жизнь. Я должен сделать все, чтобы не допустить этого.
— Даже готов жениться на женщине, которую не любишь?
— Да, готов.
Брат рухнул на стул и вцепился в волосы.
— Ты уже все решил, да? Ну и на кого ты возлагаешь надежды?
Не выдержав его взгляда, я отошёл к окну и засмотрелся на улицу.
— Катя Матросова.
Брат молчал долго, потом подошёл ко мне и неожиданно схватил за плечо.
— Ты это серьезно?
— Вроде бы.
— Сукин сын, — пробормотал Лаки, все еще растерянно.— Но вдруг она не согласится... Или ты уже говорил с ней?
— Пока нет. Но я уверен что она поймёт меня...
Брат безмолвно уставился на меня, а потом среагировал в характерной для него вспыльчивой манере. Он приблизился вплотную.
— Ты совсем рехнулся? Неужели поглощенное тобой за последние несколько месяцев виски испортило тебе мозги?
— Это выход из наших затруднений…
— Ладно, пока забудь о бизнесе, — сказал Лёша, — подумай лучше вот о чем. Возможно, так она захочет очистить свою совесть. Вспомни: она ведь вела ту машину, в которой погибла твоя любимая жена.
Я побелел от гнева, серые глаза сверкнули холодным графитовым блеском.
— Катя не виновата.
— Я знаю, Саша, — произнес Лёша. — И ты знаешь. Все знают, но знает ли она? Смирилась ли с этим? Не удариться ли она в милосердие, чтобы таким образом загладить свою вину, даже если она сама придумала ее?
Помолчав с минуту, я заговорил снова.
— А даже если и так? Мы оба только выиграем от брака, каждый получит то, что хотел. «Громстрой» снова возродится, а у Кати появятся муж и чистая совесть.
Лёша изумленно всплеснул руками и громко хлопнул себя по бедрам.
— Тебе она хотя бы нравится?
— Да, очень, — откровенно признался. — Мы с ней всегда ладили.
— «Ладили»… Великолепно! — Лешу явно покоробило. — Ты хочешь ее?
— Я об этом не думал.
