Погибли два инженера-взрывотехника и трое подсобных работников. Были уничтожены несколько карьерных самосвалов, два экскаватора и один бульдозер. Расчистка карьера от завалившей его породы в самых неудобных местах заняла целую неделю. Огромные затраты и потеря времени для подвоза новой техники и очистки подъездов. Только спустя месяц вернулись к обычному режиму работы карьера.
Бывает, хотя изначально никто не мог понять, как это произошло.
Впоследствии, служба безопасности «Dominion Diamond» установила, что за неделю до взрыва в Йеллоунайф прибыли три человека, имеющие по два гражданства: США и Израиля. Всё бы ничего, но этих гостей Канады за день до происшествия видели в небольшом посёлке при руднике.
Делать в этой местности, кроме работы на карьере, туристам было нечего. Портье небольшой гостиницы в посёлке они объяснили, что прибыли в посёлок посмотреть карьер. До них подобных идиотов не было.
После взрыва было установлено, что все трое пропали. Никто не видел, как они покинули посёлок, а выйдя из гостиницы рано утром, они в неё больше вернулись.
Сотрудник СБ «Dominion Diamond» впоследствии установили, что эти трое прибыли в посёлок на двух арендованных в Йеллоунайфе джипах. Загруженных тяжёлым грузом, а возвратились пустыми.
Взрыво-техническая экспертиза установила, что в карьере были заложены несколько несанкционированных зарядов тринитротолуола. При том, что при взрывных работах подобный тип взрывчатки не используется. Применяют гранулотол, алюмотол или граммониты, но никак не военную взрывчатку.
Был сделан однозначный вывод, что это была диверсия, а не техногенная катастрофа. Именно трое незваных гостей поспособствовали происшествию. Проблема была в том, что никаких доказательств у компании не было.
Два плюс два прибавить нетрудно.
За две недели до диверсии, компания Бушара вела переговоры с «BVLGARI». Крупнейшим ювелирно-часовым брендом, входящим в состав концерна LVMH (Louis Vuitton Moёt Hennessy).
Речь шла о закупке крупнейшей партии алмазов с поставкой определённых партий ежемесячно до конца 1996 года. После происшествия компания «Dominion Diamond» могла гарантировать бесперебойную поставку алмазов «BVLGARI» только на два месяца, за счёт добытых алмазов ранее. Поставки на оставшиеся месяцы гарантировать никогда не мог, из-за невозможности прогнозировать начало работы карьера.
Высокопоставленных представителей «BVLGARI» подобное совершенно не устраивало, они вежливо извинились и отказались от дальнейших переговоров. И в кратчайшие сроки эти ювелиры заключили договор с « Leviev Group of Companies». Ну так бывает, да?
Все видевшие вблизи троих посетителей карьера, чётко идентифицировали их внешность людей с Ближнего Востока, откровенных последователей Торы.
Поработали действующие или бывшие работники Моссада, это было понятно всем собственникам канадской компании, но доказать это не могли. Но подобную гадость запомнили, отложив месть на будущее.
— Вы должны отказаться от закупки алмазов у компании «Уралалмаз»! — коверкая русское название произнёс Меер.
— Извините, а почему вы решили, что мы покупаем алмазы именно у них? — положил руку на подлокотник стула Бушар и с интересом уставился на своего оппонента.
Во-первых, подобными подпольными и контрабандными закупками драгоценных камней грешили все, кто зарабатывал деньги в этом бизнесе. Деньги не пахнут! Во-вторых, Бушар не идиот, и задолго до него поумнее люди были, которые наработали, обкатали и давно использовали различные схемы для легализации подобных «горячих» камней. В-третьих, огранённые пермские алмазы только в Бельгии не распространялись, а выбрасывались в продажу маленькими партиями в разных европейских странах и в США, чтобы не обрушить рынок купли-продажи алмазов.
— Ваша компания начала продажу пермских алмазов, я это точно знаю.
— И что? — нет, Томасу было действительно интересно.
— А если об этом узнают власти? И не только Бельгии, но и США и Канады? Вы же понимаете, что достаточно легко установить, из какой страны поступили партии этих алмазов. И от какой компании?
— Компании? — тихо рассмеялся Бушар. — Вы забавный. Ну попробуйте. Будет интересно посмотреть на реакцию властей.
Меер был абсолютно прав. Сейчас любой оценщик драгоценных камней, достаточно легко установить из какой страны алмаз или бриллиант. И не только страны, но и из какого рудника! Химический состав алмазов из разных рудников незначительно, но отличался. И сейчас существовали методы химического анализа, позволяющие точно определить место добычи алмазов: страну, карьер или рудник.
— Это обрушит репутацию вашей компании! — попытался довести свою точку зрения со собеседника Меер, а Бушар не совсем понимал, что он хочет этим добиться.
