- Лови! Лови её, чтоб не ушла, сука!!! - азартный вопль бородача в кольчуге, но без шлема, бегущего за простоволосой девчонкой, босой и в разорванном платье, был на алкском. И сам "боец" не походил на дисциплинированных, даже в пьяных загулах не теряющих бдительность наёмников. Скорее он смахивал на горе-вояк из войска сколенской ведьмы. И то первого года, до того, как уцелевших натаскали постаревшие отставные легионеры. Да что же это такое, кого набрали королевские вербовщики?! И почему какую-то дурацкую деревушку курочит целая рота, когда мужланам хватило бы и пары десятков настоящих вояк?
Тем временем наперерез девице бросился ещё один боец, пузатый и лысый - этот вообще поленился надеть доспехи, а на копьё опирался, как на посох. Девчонка почти увернулась от воина, но его рука поймала и намертво ухватила её за прядь длинных волос. С отчаянным визгом она повалилась на снег; поймавший её отморозок вбивал в снег бьющуюся жертву, другой рукой деловито расстёгивая штаны. Второй подбежал, ухватив стройные ноги. Авенат поморщился - а храмовники помрачнели, и помрачнели как-то нехорошо. Поняли, голубчики, во что вас втравило начальство! Они теперь подобны мужу, который не защищает попавшуюся насильникам жену, а держит её за ноги, помогая ублюдкам. "Не устроили бы резню!" - всерьёз забеспокоился Авенат.
К моменту, когда Авенат подъехал к троице, толстяк, наконец, выпростал своё достоинство из штанов. Надо сказать, оказалось оно совсем не впечатляющим, но он уже взгромоздился на жертву и суетливо задвигался, закатывая глаза от подступающего удовольствия. На вновь прибывших он не обращал никакого внимания.
Почему-то именно это взбесило Авената до крайности. Отделившись от отряда, алк подъехал к соотечественникам.
- Встать! - рявкнул он по-алкски.
Вот так дошло. Алк подскочил, как подброшенный, оставив распростёртую в снегу, ошалевшую от случившегося и с выступившей между ног кровью девчонку. Пользуясь моментом, на неё тут же взгромоздился второй.
- Вы кто, ваше благородие? - поинтересовался, придерживая штаны, алк.
- Я алкский дворянин, этого с тебя хватит, - зло бросил Авенат, борясь с желанием вбить в наглый раскосый глаз острый мысок латного сапога. Интересно, он бы завизжать успел или сразу помер? - Кто ты такой, что за часть, кто командует, что тут за балаган творится? Ну?!
- Зовут меня, значить, Эсташ ван Армаг, ваша милость, - зачастил лысый толстяк, опасаясь даже заправить штаны. Видя такой оборот, пристроившийся было напарник замер на девице - но уютное местечко не покинул, надеясь продолжить после ухода начальства. Местная отчего-то не подавала признаков жизни.. - Десятник Второго Валлермайерского полка, эта орясина - мой солдат. Мы тут приказ короля-батюшки выполняем: чтобы, значить, ни одна сволочь алхаггская, или сколенская, не ушла. Мужиков и старичьё в расход, мелюзгу тож, а девок и мальчишек постарше - в рабство. Но разве ж это дело - взять столько баб и не попользоваться?! Ну, незамужних-то портить не позволят, а у этой-то уже сопляк был...
Авенат оглянулся на спутников. Ох, как потемнели лица, руки так и тискают рукояти мечей. Что ж этот дурак болтает-то, ничего не замечая?!
- Второй Валлермайерский? - уточнил он. - Нет такого полка.
- Как нетути, вашбродие, - возмутился мужик. - Когда вот они, мы? Мы ж теперь дворяне как бы, значит, служить должны королю-батюшке!
- Какие дворяне, вы на себя-то посмотрите, дубины! - вспылил кто-то из Воинов Правды.
- Так летом же указ королевский вышел, - зачастил десятник, вываливая на голову ошарашенного Авената новости. - Все алки, оказывается, дворяне когда-то были, сколенцы нас дворянства-то лишили, но теперь король всех восстановил, значит, в звании. А сколенцы, как сказано, все сплошь чернь, они только рабами будут... Те, кто останутся. Вот нас и поставили на службу, глаза б мои её не видели! Был же рыбаком, в море выходил, а теперь только на суше, как медуза безмозглая, и болтаюсь... А намедни приказ нашей роте даден: идти по дороге на Алхидду, значить, и жечь всё, что найдём. Мужиков, значить, убивать сразу, баб и мелюзгу брать живьём - в рабы пойдут, а стариков и младенцев тоже сразу кончать, незачем нам старые клячи! Ну, мы так и идём от самого Аллука, уже пятнадцать деревень спалили...
- Отставить к бою! - через голову командира храмовников скомандовал Авенат. Пусть расслабятся, а то, если дойдёт до боя, успеют перерезать половину этих баранов. Но ублюдок-то каков! Приказ наверняка секретный, а он вываливает первому встречному, пусть даже говорящему по-алкски. И присутствия сколенцев, пусть и союзников, не стесняется. - Мечи в ножны! Это алки. Теперь мы в безопасности.
