Амори с самого начала, с резни сколенцев в Алкрифе двадцать четыре года назад, воевал по-другому. Не просто покорить сколенцев, присоединить их земли к своим и обложить данью, а перебить всех, у кого может возникнуть мысль о сопротивлении. Ну, а тех, кто сдался на милость победителя, непомерными налогами высосать досуха, сделать нищими и вечными должниками. А ведь он знает, что стричь надо в меру, не снимать шерсть вместе со шкурой - иначе то будет последняя "стрижка", и больше он не получит ни гроша. В Алкии именно так и поступают... Поступали до недавнего времени, пока не припёрло. Значит, не глупость это, не недоразумение, а часть истребительной войны против сколенцев как таковых. Местная разновидность плана "Ост". Осмысленный, расчётливый геноцид.
Но алхагги - не сколенцы. И поклоняются не Справедливому Стиглону, богу судье, а легкомысленной богине плодородия и любви, луны и летних тёплых дождей, Алхе. Оттого-то сами не пытались создать государство, тем более - собственную империю. Просто жили на своей земле, и правда самой тёплой и плодородной на Сэрхирге. Славили свою богиню, любили и растили детей.
На взгляд остальных народов Сэрхирга, они были легкомысленными, даже распутными: то, что позволялось на этой земле, не позволялось больше нигде. Вплоть до того, что первого ребёнка девушки нагуливали ещё до свадьбы. И мужчины не возражали, наоборот, без этого их не взяли бы замуж: как ещё определить, не пустоцвет ли попался? А чего стоят женщины-жрицы, все как одна весёлые и красивые, но в то же время и мудрые? Или непререкаемое, освящённое самой богиней право молодых прийти в полнолуние к алтарю богини, принести в жертву полевые цветы, и тогда жрица повенчает их... Или столь же железное правило, что жрица может быть жрицей лишь до тех пор, пока способна увлечь мужчину и выносить ребёнка, а после может лишь советовать молодой служительнице богини?
Какие развратники, ещё до Сколенской империи шипели жрецы Стиглона или Алка Морского: тут они и сейчас заодно. Но, конечно, они не видели того мира, откуда пришёл Моррест. Мира, где мужеложство уже воспринимается как обыденность, а засовывание мороженной курицы в некую часть женского тела - авангардным искусством. Ну, а попытки поставить наглых чужаков, тихой сапой захватывающих твою страну, на место - как фашизм. Посмотрели бы жрецы на тот мир - так и не возмущались бы "священным браком" жрицы с избранным по жребию мужчиной на вспаханном поле перед севом. Тем более, что сами под покровом ночи наведываются в бордели, и хорошо, если не к мальчикам. Эвинна рассказывала: даже Эльфер тут был не безгрешен...
Созидались и рушились империи, алки и сколенцы, кетадрины и фодиры снова и снова выясняли, кто сильнее, устилая межи черепами. Но Алхаггия всегда была задворком большой политики. Здешних людей она не интересовала. Увы. Если ты не интересуешься политикой, она может заинтересоваться тобой.
Момент истины настал в дни, когда кипели бои на Вассетском тракте. Тогда Ардан Балгрский сделал ручкой гнилой Империи, объявив себя очередным королём. Причём прихватил не одну, а сразу три земли - собственно Балгрскую, Белхалгскую и Алхаггскую. Ну, и Аллук с округой, деваться аллакам было некуда. Аллаки и белхалги это проглотили. А вот алхагги...
Местные властители, чуть ли не единственные на Сэрхирге вожди такого уровня, не имели чести принадлежать к дому Харванидов. Их выбирала сама богиня руками верховной жрицы Алхи, представительницы очень, очень древнего рода. Даже родство в нём считалось, как в седой древности, по женской линии. Никто не смел ей в этом указывать: теоретически таковым мог стать любой свободный человек. Может быть, даже и раб - только таких случаев не было. Зато точно известно: среди избранников были простые пахари.
Как выбирала? Очень просто: в первое полнолуние весны жрица совершала с ним обряд священного брака. Как только она прилюдно откажется - всё, бывший герцог не власть. И что удивительно: за все столетия существования народа алхаггов во главе их ни разу не оказались заведомо негодные. Самое любопытное, эту вольницу терпели даже Харваниды. Почему? Об этом надо спрашивать у них самих. Но когда балгры отделились, именно алхагги заявили о верности Империи. И - впервые за многие века жизни под властью соседних держав - созвали ополчение. Вряд ли оно бы выстояло против балгрских рыцарей, но сколенцев выручил отряд изгнанников с Моррестом во главе. После войск Амори Ардановы вояки не показались серьёзным противником...
Но теперь за алхаггов взялся сам король Алкский. Если не врут наспех допрошенные пленные, а они не врут, предстоит настоящий кошмар. И уже поэтому нельзя бросить алхаггов. Только бы они не дурили, а уходили прямо сейчас. И послали гонцов в другие деревни, в Алхидду, везде... И поднимали всех способных держать оружие: южная часть Алхаггской земли, похоже, уже обезлюдела.
- Старейшину - ко мне! - распорядился Моррест.
