— «Закорючки»! — передразнила она. — Я почти двести лет жила в префектуре Миядзаки и…
— Отлично! Переведи всё! А я пока прогуляюсь, рассмотрю своего врага повнимательнее.
— Тебе не кажется, что это опасно?
— Не опаснее того, что я задумал, — я замер на месте и отсчитал: — Три. Два. Один.
В дверь позвонили.
— Что? — спросил я, обернувшись к Карии. — Я видел, как он прошёл в окнах из зала.
Дриада назвала меня «экстрасенсом хреновым» и пошла открывать. Однако не успел Азамат перешагнуть порог, как я силой развернул его и потянул за собой, добавив:
— Пошли, студент! Учиться будешь.
— Но я сегодня уже всё… — попытался возразить он.
— Знания лишними не бывают! Тебя ведь учили в школе химии, алгебре и прочей хе… науке? Уверен, ты используешь эти знания по десять раз на дню!
— Меня пугает ваш энтузиазм, — меланхолично пробормотал семенящий следом Азамат.
— Меня тоже! Видимо, всё дело в травах Кари. Не отставай!
Я притащил его к комплексу многоэтажек, высившемуся прямо над подземными лабораториями, где мы с Таро на днях навещали старого чародея. Найдя незапертый подъезд, мы с Азаматом поднялись на самый верх и вышли на крышу. Наверху дул промозглый ветер и было до противного грязно. Солнце к тому времени уже полностью скрылось, оставив после себя лишь алую полоску на горизонте.
— Зачем вы меня сюда притащили? — спросил Азамат, обходя лужи, оставшиеся после дождя, и покрытые ржавчиной тарелки антенн.
Я остановился у ограждения и кивком указал на город, сверкающий тысячами разноцветных огней.
— Посмотри на них. Люди копошатся, занятые своими делами, и просто не замечают таких, как мы. У них своя жизнь. Счастливая.
— Счастливая? — удивился Азамат. — Разве маги не стоят на более высокой ступени?
— Нет. Мы просто… разные. Ты можешь двигать предметы усилием воли, а они — нет. Ты пьёшь зелья, дающие нечеловеческую силу, они — нет. Зато простой обыватель не назовёт сходу кучу тварей, пытавшихся сожрать его накануне.
— Потому что они не знают.
— Во многом знании есть многие печали, Азамат, и умножающий познания умножает скорбь. Но если ты не хочешь умножать чужую скорбь, то тебе придётся умножить свою. Начнём с защиты.
Отыскав пустую бутылку из-под какого-то дешёвого пойла, я поставил её в нескольких метрах перед Азаматом.
— Есть несколько способов защиты. Одни подразумевают защиту непосредственно субъекта, то есть мага, волшебника или кого там ещё… Это либо создание защитного поля кучей разных способов, либо — что гораздо сложнее — искривление пространства для ухода от опасности. Во втором случае объект, представляющий для субъекта опасность, достигая определённых границ, перемещается за субъект, как бы проходя сквозь него…
— Вы мне что-то объясняете или хотите, чтобы у меня мозг взорвался? — перебил меня Азамат.
Я посмотрел на него поверх очков и проговорил:
— Однажды это может спасти твою или, что более важно, мою жизнь.
— Я-ясно, — ответил он, разворачиваясь. — Спасайте себя сами. Я ухожу.
Слегка улыбнувшись, я размашистыми движениями начертил в воздухе иероглиф и громко произнёс:
— Печать связывания Сэйгё третьего уровня.
Блеснув в густых сумерках, иероглиф материализовался в несколько тонких блестящих нитей, которые крепко опутали Азамата, не давая ему двинуться с места.
— Что это?! — возмущённо и испуганно воскликнул он, отчаянно пытаясь разорвать нити.
— Это другой способ защиты. Так ты можешь обездвижить своего противника, — взмахнув рукой, я снял действие Печати, освободив насупившегося Азамата. — Именно этот способ ты сейчас и будешь изучать.
— Хорошо, — пробурчал некромант, возвращаясь на место.
Я указал ему на бутылку.
— Это — твой противник. Вытяни правую руку перед собой, расслабь её, пусть будет слегка согнута в локте. Представь, что твои пальцы — кисть, которой ты пишешь на холсте. Теперь повторяй за мной, — я нарисовал восемь плавных линий. Азамат старательно скопировал движения.
— Повтори ещё раз, только чуть мягче — ты не дрова рубишь, — и произнеси: «Печать связывания Сэйгё третьего уровня».
— Печать связывания Сэйгё третьего уровня, — пробормотал он.
Повисла напряжённая тишина. Кто бы сомневался, что у него ничего не выйдет. Магия — это материализованная воля. Нет воли — нет магии. Хоть в бубен бей.
— Бутылка — твой враг! — жёстко повторил я. — Давай же, вложи в свои слова силу!
— Да я вкладываю, — ответил он, продолжая тщетные попытки.
— Недостаточно! Ты должен захотеть, иначе не получится.
— Да хочу я.
— Нет, не хочешь!
— Хочу!
— Не-а.
Не успел он сказать следующее слово, как я подбежал к бутылке, схватил её и, размахнувшись, бросил в Азамата.
От неожиданности он даже не подумал отскочить в сторону. Просто в десятый раз повторил иероглиф и крикнул, сорвавшись на визг:
— Печать связывания Сэйгё третьего уровня!
Нити обмотали бутылку, по инерции отшвырнув её обратно. Я увернулся, проследил, как она перелетела за ограждение и исчезла в темноте, и несколько раз сдержанно хлопнул в ладоши.
— У тебя получилось.
Азамат посмотрел на свою ладонь и выдохнул:
