— Догадался — вычислил, что вы должны были там появиться. Я не мог представить себе другую женщину, которая бы так походила на вас и нанесла Клинтону Фоули подобный визит. К тому же вы полностью соответствовали описанию, данному водителем такси.
— Да, — медленно произнесла Бесси Форбс. — Я ездила туда.
— Знаю, — нетерпеливо сказал Мейсон. — Расскажите, что произошло.
— Когда я приехала, дверь была заперта. У меня была отмычка. Я открыла дверь и вошла. Хотела повидать Клинта, не давая ему времени подготовиться к моему приходу.
— Ну? Что было потом?
— Я вошла и обнаружила его мертвым.
— А собака? — спросил Мейсон.
— Она тоже была мертва.
— Полагаю, у вас нет никаких доказательств, что их убили не вы?
— Когда я вошла, они оба были мертвы.
— И давно?
— Не знаю. Я к ним не прикасалась.
— Что вы сделали?
— Я почувствовала слабость и присела на стул. Сначала я хотела только убежать оттуда, но потом сообразила, что нужно соблюдать осторожность. Я знала, что меня могут заподозрить в убийстве.
— Пистолет лежал на полу?
— Да, лежал.
— Это был не ваш пистолет?
— Нет.
— У вас когда-нибудь видели такое оружие?
— Нет.
— И вы никогда не видели этот пистолет раньше?
— Нет. Говорю вам, я тут ни при чем. Господи, неужели вы мне не верите? Я говорю правду!
— Хорошо, допустим. Что вы сделали потом?
— Я вспомнила, что послала таксиста позвонить Артуру Картрайту, и подумала, что Артур приедет. Он бы сообразил, как поступить.
— А вам никогда не приходило в голову, что убийцей мог быть Артур Картрайт?
— Конечно, приходило, но я понимала, что в таком случае он не приедет.
— Он мог приехать и обвинить в преступлении вас.
— Нет, Артур не из таких.
— Хорошо, — кивнул Перри Мейсон. — Вы сидели и ждали Картрайта. Что произошло потом?
— Потом я услышала, что такси возвращается. Не знаю, когда это было, я от испуга потеряла счет времени.
— Ладно, продолжайте.
— Я вышла из дома, села в такси и вернулась к своему отелю. Мне казалось, что никто не сможет выследить меня. Не знаю, как вам это удалось.
— Вам известно, — осведомился адвокат, — что вы забыли в такси платок?
Она посмотрела на него расширенными от испуга глазами:
— Боже мой, неужели?
— Можете не сомневаться.
— И где же он?
— В полиции.
— Как они его получили?
— От меня.
— Что?!
— Я передал им платок, — подтвердил Мейсон. — Он оказался в моем распоряжении, и у меня не было иного выбора, кроме как вручить его полиции.
— Я думала, вы действуете как мой адвокат.
— Так оно и есть.
— Не похоже. Господи, да это самая лучшая улика, какую полиция могла заполучить! С помощью этого платка они сумеют меня выследить.
— Они в любом случае выследят вас и допросят. А вы не можете себе позволить ни лгать им, ни говорить правду. Вы в серьезной передряге и должны помалкивать, понимаете?
— Но это восстановит против меня всех — полицию, общественное мнение, кого угодно!
— Именно к этому я и веду. Я был обязан передать платок полиции, так как он является вещественным доказательством. Полиция в этом деле буквально висит у меня на хвосте — они будут рады уличить меня в сообщничестве. Это им не удастся. Но вы должны использовать ваши мозги, чтобы выбраться из этой переделки. Полицейские явятся сюда, засыплют вас вопросами. Вы скажете им, что будете отвечать только в присутствии своего адвоката и что он вам это посоветовал. Не отвечайте ни на один вопрос, понятно?
— Да, вы уже говорили мне это.
— Вы сможете это сделать?
— Думаю, что да.
— Вы должны постараться. В этом деле еще много неясного. Я не хочу, чтобы вы рассказывали что-нибудь, пока я не разберусь во всех фактах.
— Но газеты напишут, что я отказываюсь говорить!
— Вот теперь вы начинаете подбираться к сути дела, — усмехнулся Перри Мейсон. — Для этого я и пришел к вам. Ничего не рассказывайте ни полиции, ни репортерам, но скажите, что вы хотите все объяснить, а я вам не позволяю. Скажите, что хотите позвонить мне и убедить меня разрешить вам говорить. Когда свяжетесь со мной по телефону, скажите, что хотели бы сообщить по крайней мере о том, что вы делаете в этом городе, что произошло в Санта-Барбаре и каковы были ваши планы. Умоляйте меня со слезами в голосе. Но я буду тверд и отвечу, что с той минуты, когда вы заговорите, вам придется искать другого адвоката.
— Думаете, это сработает?
— Уверен. Газетам нужен материал для статьи. Они попытаются раздобыть его еще где-нибудь, а если не смогут, то напечатают на первых полосах, что вы хотите все рассказать, но я вам не разрешаю.
— А как же полиция? Они меня отпустят?
— Не знаю.
— Вы имеете в виду, что меня арестуют? Боже мой, я этого не вынесу! Возможно, я смогу выдержать, если меня станут расспрашивать здесь, в моей комнате. Но если они отправят меня в тюрьму, в участок и начнут допрашивать, я сойду с ума! Я не могу допустить, чтобы меня отдали под суд! Как по-вашему, такое может случиться?
Мейсон поднялся и посмотрел на нее в упор:
