— Не валяйте дурака — со мной этот номер не пройдет. Вы в переделке и отлично это знаете. Вы приехали в дом вашего мужа, открыли дверь отмычкой и нашли его мертвым на полу. Вы увидели пистолет и поняли, что это убийство, но не уведомили полицию, а отправились в отель и зарегистрировались под вымышленным именем. Если вы думаете, что в таких обстоятельствах вас не заберут в полицейское управление, то вы просто спятили.
Женщина заплакала.
— Слезами горю не поможешь, — жестко добавил Мейсон. — Помощь придет к вам, если вы будете шевелить мозгами и следовать моим указаниям. Не признавайтесь, что были в отеле «Бридмонт» или зарегистрировались где-то под чужим именем. Не говорите ничего, кроме того, что наняли меня и не ответите ни на один вопрос без моего присутствия и моих советов. Можете лишь горько жаловаться репортерам, что хотели бы все рассказать, но я вам не позволяю. Все ясно?
Она кивнула.
— Хорошо, — сказал Мейсон. — С предварительными переговорами покончено. Теперь еще кое-что…
В дверь властно постучали.
— Кто знает, что вы здесь? — осведомился Перри Мейсон.
— Никто, кроме вас.
Адвокат подал ей знак молчать и задумчиво нахмурился, глядя на дверь.
Стук повторился — на сей раз он звучал громче и настойчивей.
— Думаю, — тихо сказал Мейсон, — вам пора взять себя в руки. Помните, что ваша судьба зависит только от вас. Если вы сумеете сохранить самообладание, я смогу вам помочь.
Он подошел к двери и, отодвинув засов, открыл ее. Сержант Голкомб, позади которого стояли еще двое мужчин, изумленно уставился на Мейсона.
— Что вы тут делаете? — осведомился он.
— Разговариваю с моей клиенткой Бесси Форбс, вдовой Клинтона Форбса, проживавшего на Милпас-драйв, 4889, под именем Клинтона Фоули. Вас удовлетворяет такой ответ?
Сержант шагнул в комнату.
— Еще как, — сказал он. — Теперь я знаю, где вы взяли этот платок. Миссис Форбс, вы арестованы за убийство Клинтона Форбса. Предупреждаю, что все, сказанное вами, может быть использовано против вас.
Перри Мейсон мрачно посмотрел на сержанта.
— Не беспокойтесь, — заверил он. — Она ничего не скажет.
Перри Мейсон вошел в свой офис пружинистой походкой, чисто выбритым. Глаза его блестели. Он застал Деллу Стрит погруженной в утренние газеты.
— Ну, Делла, какие новости? — спросил адвокат.
Она озадаченно посмотрела на него:
— Ты намерен позволить им это?
— Что именно?
— Арестовать миссис Форбс.
— Я не могу этому помешать. Ее уже арестовали.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Ты собираешься позволить им обвинить ее в убийстве и держать в тюрьме до начала суда?
— Я не могу этому помешать.
— Тебе известно не хуже меня, — продолжала Делла, отодвинув газету и поднявшись, — что Клинтона Фоули, или Клинтона Форбса, если ты предпочитаешь называть его настоящим именем, убил Артур Картрайт.
— Ты в этом уверена? — улыбнулся Мейсон.
— Настолько уверена, что не вижу смысла об этом говорить.
— Вот и не надо.
Делла покачала головой.
— Я верю в тебя, шеф, — сказала она. — Я знаю, что ты всегда поступаешь справедливо. Можешь сколько угодно изощряться в остроумии, но тебе не удастся убедить меня, что справедливо позволить этой женщине сидеть в тюрьме и дать Артуру Картрайту лишнее преимущество перед полицией. Рано или поздно все выяснится. Почему бы не предоставить этой женщине шанс и не рассказать сразу все как есть? У Картрайта и так преимуществ более чем достаточно, а ты становишься почти соучастником убийства.
— Каким образом?
— Утаивая от полиции информацию о мистере Картрайте. Ты отлично знаешь, что он намеревался убить Клинтона Фоули.
— Это ничего не значит, — медленно возразил Перри Мейсон. — Картрайт мог хотеть убить Фоули, но это не означает, что он его убил. Нельзя обвинять человека в убийстве, не имея доказательств.
— Доказательств! — воскликнула Делла. — Какие еще доказательства тебе нужны? Этот человек пришел сюда и почти сказал тебе, что собирается совершить убийство. Потом он присылает письмо, свидетельствующее, что он усовершенствовал свои планы и готов действовать. Вслед за этим Картрайт исчезает, а человек, который дурно с ним обошелся, найден убитым.
— Не ставишь ли ты телегу впереди лошади? — осведомился Мейсон. — Не следовало бы сказать, что Картрайт убил человека, а потом исчез, если ты хочешь, чтобы обвинение звучало убедительно? Разве не странно звучит, что он исчез и его враг найден убитым после этого, а не наоборот?
— Такая казуистика хороша для разговора с присяжными, — сказала Делла, — но меня тебе не одурачить. Тот факт, что Картрайт составил завещание и отправил тебе деньги, показывает, что он готовился к последнему акту своей кампании. Ты знаешь, что это за акт, не хуже меня. Картрайт наблюдал и шпионил за человеком, который разрушил его семью, ожидая возможности дать знать о своем присутствии жене. Такая возможность представилась. Он забрал жену из дома Фоули и поместил ее в безопасное место, а потом вернулся, сделал свое дело и присоединился к ней.
— Не забывай, — напомнил Мейсон, — все, что я знаю, доверено мне Картрайтом как адвокату и составляет профессиональную тайну.
