Отельный служащий никак не мог взять в толк, отчего Антон Ильич не хочет пойти ни в один из ресторанов поблизости, как делают все прочие туристы. Он удивленно водил глазами и не понимал, о каком ресторане говорит этот русский мистер. Подошел еще один балиец, затем третий. Посовещавшись друг с другом на своем языке, они в конце концов поняли, о чем идет речь, и общими усилиями написали на бумажке название кафе, которое, по их словам, было самым лучшим в ближайшем городке и куда любили ходить все европейцы. Теперь Антону Ильичу оставалось выяснить, как туда добраться, но точного адреса они не знали, а того, что они пытались объяснить ему на пальцах, он не понимал. Управляющий отеля, наблюдавший эту картину из глубины своего кабинета, внезапно прервал их разговор своим появлением и попросил Антона Ильича ни о чем не беспокоиться: он распорядился выделить для него автомобиль с водителем, который прекрасно знает маршрут и будет в услужении дорого гостя целый день.
Автомобиль был просторный, с кондиционером. Водитель, при галстуке, вел плавно и аккуратно. Да и город, в который направился Антон Ильич, был на порядок чище и приятнее тех, что он проезжал на пути из аэропорта. Минут через сорок они прибыли на место, и Антон Ильич вошел в светлое помещение, до отказа заполненное посетителями. Он заметил впереди только что освободившийся столик и спешно занял его. И правильно сделал. Стеклянные двери снова распахнулись, в кафе вошла парочка, а вслед за ними еще целая группа людей. Места было не найти.
Кафе было оформлено на европейский манер, и блюда здесь подавали тоже европейские. В меню были знакомые Антону Ильичу названия, а под стеклянной витриной лежали любимые им круассаны, клубничные тарталетки и прочая выпечка. В баре стояла внушительных размеров кофе-машина ярко-красного цвета, рядом на доске знающей рукой был выведен перечень разнообразных кофейных напитков, что позволяло Антону Ильичу надеяться также и на чашечку хорошего кофе. Он быстро сориентировался, сделал заказ и сидел, осматриваясь.
Здесь были иностранцы всех мастей и возрастов. Парочки, сидящие в обнимку, и компании друзей, шумно обсуждающие что-то. Антон Ильич не увидел никого, изучающего карту или как-то иначе напоминающего только что прибывшего туриста. Напротив, все держались естественно и привычно, многие по-дружески переговаривались с официантами и между собой, кое-кто здоровался и обнимался, случайно повстречав здесь знакомое лицо. Словом, вели они себя так, будто жили тут или, во всяком случае, были в этом кафе не один раз.
Дверь в очередной раз отворилась, и в кафе зашла невысокая блондинка. Она медленно прошла вперед, оглядываясь по сторонам, будто выискивая кого-то, пока не встретилась глазами с ничего не подозревавшим Антоном Ильичом, разглядывавшим ее от нечего делать. Улыбнувшись ему, она направилась прямиком к его столику и заговорила на английском:
– Простите, могу я сесть за ваш столик? Сегодня здесь столько народу, мест совсем нет.
Такого поворота Антон Ильич не ожидал. Как это так, сесть за столик к постороннему человеку? Или у них здесь так принято? Первым его желанием было отказаться. Уж очень эта ситуация напоминала недавнее общение с Лизой, и ему совсем не хотелось заводить знакомство, которое обернется для него новой головной болью.
Женщина словно прочитала его мысли:
– Не беспокойтесь. Я не претендую на ваше внимание.
Антону Ильичу стало неловко. Чего это он и вправду испугался? Женщине действительно негде присесть, кафе переполнено, и Антон Ильич, пожалуй, был здесь единственным, кто сидел за столиком один. Он привстал и предложил ей стул.
Увидев ее вблизи, он понял, что она намного старше, чем он подумал сначала. Лицо ее было испещрено морщинками, как у человека, перевалившего за шестидесятилетний рубеж. При этом она не производила впечатления пожилого человека. Легкая, подвижная, с прямой спиной, одетая в простую черную майку без рукавов и недлинную юбку издалека она казалась почти девушкой.
– Здесь очень вкусные десерты, – сказала она, усаживаясь. – Я вам рекомендую. Особенно бизе Павловой. Это их фирменное пирожное, за ним сюда специально со всего города приезжают.
Антон Ильич не стал мешкать и тут же подозвал официанта и заказал.
– Тем более, вы ведь тоже из России?
Интересно, как она догадалась, подумал Антон Ильич. Видя, что его новая знакомая по имени Линда прекрасно осведомлена о здешней кухне, он решил расспросить ее о местных заведениях. Они разговорились. Вскоре принесли еду. Белое пирожное в форме фигурки балерины, называемое бизе Павловой, показалось Антону Ильичу действительно вкусным.
Выяснилось, что Линда, хотя и американка, живет на острове уже одиннадцать лет. Предки ее были из России, но сама она там никогда не была. Было заметно, что ее интересовало все русское, она спрашивала Антона Ильича о жизни в России и слушала его с большим вниманием. Он же все силился понять, что может делать на Бали эта интеллигентная и, судя по всему, весьма образованная дама. Он спросил ее об этом открыто.
