– Что ж, раз ты такой молодец, на Новый год спортивный велосипед тебе подарю. На нём можно даже зимой кататься. Вот если и по русскому языку тоже пятёрку заработаешь, считай, велосипед у тебя в кармане.
Я тут же побежал в свою комнату и стукнул три раза по батарее. Затем положил дневник в ведро и опустил его на верёвочке вниз.
– Ну, как всё прошло? – спросил я у Петьки на следующий день. – Отец не догадался, что ты ему не свой дневник показал?
– Отлично всё прошло, – Петька сиял, как медный пятак. – Отец пообещал мне за пятёрку новые коньки подарить.
– Здорово! – сказал я. – Мы с тобой настоящие мушкетёры. Помнишь, в книге «Три мушкетёра» д’Артаньян с друзьями обвели вокруг пальца гвардейцев кардинала? Вот и мы всех провели и обманули. Теперь ты новые коньки получишь, а я – велосипед. Здорово!
Но на следующий день я получил двойку по русскому языку. Эх, так обидно было! Плакал мой велосипед теперь.
– Не хнычь, – похлопал меня по плечу Петька. – Ты что, забыл, что мы с тобой друзья-мушкетёры? Ты меня выручил, теперь я тебя выручу. Ты мой дневник своему отцу сегодня вечером покажи.
Вечером я был как на иголках. Боялся, что отец раньше времени попросит у меня дневник, поэтому специально очень долго ужинал. Старался гречневую кашу по тарелке размазывать и разными разговорами папу отвлекать.
А когда вернулся в свою комнату, услышал стук по батарее.
«Молодец Петька, не забыл про меня», – обрадовался я и стал тихонько опускать ведро на верёвочке. А в ведро положил записку:
Я опустил ведро и стал ждать. Скоро Петька дёрнул за верёвку, и я потащил ведро наверх. Правда, оно зацепилось за подоконник шестого этажа, но через пару минут Петькин дневник оказался у меня. Схватив дневник и на ходу открывая его, я побежал в комнату к папе.
– Ну, чем сегодня отца порадуешь?
– Пятёрка по русскому, – скромно опустив глаза, сообщил я.
– Пятёрка! Вот молодец! – обрадовался отец. – Теперь точно спортивный велосипед получишь…
Но тут из дневника выпал листок. Папа развернул его и прочитал:
Это была моя записка, только кто-то крупно исправил в ней все грамматические ошибки. А внизу стояла подпись: «Кардинал Ришелье».
Папа внимательно изучил записку, затем пристально посмотрел на меня и сказал:
– Чтобы стать настоящим д’Артаньяном, нужно не только учиться на пятёрки, но и не обманывать своего короля. А если ты обманываешь меня, своего короля, то и нового коня из королевской конюшни пока не получишь. Будешь ездить на старом, мушкетёр. А теперь иди в свою комнату и учи русский язык.
На следующий день утром я вернул Петьке дневник и, показав зловещую записку, грустно произнёс:
– Всё, Петька, теперь я буду честным. Не буду больше обманывать своего папу. Он сказал, что не видать мне нового велосипеда, как своих ушей.
– А кто же такой этот кардинал Ришелье? – почесал затылок Петька.
И тут мы увидели Петра Ивановича, нашего математика, который живёт подо мной, на шестом этаже. Заметив нас, он хитро улыбнулся и, проходя мимо, сказал:
– Эй, мушкетёры, звонок прозвенел. Вы что, не слышали? Скорее в класс!
В нашей школе, в туалете для мальчиков поселилось привидение. Представляете? Я не вру, честное слово, с утра вся школа только об этом и говорила, будто других тем для разговоров не было.
А началось всё ещё вчера, в нашем классе. Это мы первые узнали обо всём. Вернее, мы с Петькой увидели его в нашей школе. Или, если быть до конца честными, то не увидели, а услышали.
– У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у, – раздался страшный вой из школьного туалета. – А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а. – И по всему коридору понеслись страшные стоны и вопли.
– Это привидение старого графа, – сообщил нам по секрету Петька. – Говорят, что в стародавние времена на месте нашей школы стоял дом старого графа. А когда дом снесли, привидение в школу переселилось.
– Это какой такой граф? – деловито спросил Вадик. – Как его фамилия?
– Не знаю какой, но только слышал, что это привидение живёт в нашей школе на чердаке, – повторил Петька. – Мне об этом ещё мой старший брат Сергей рассказывал. Он как-то с ребятами на чердак полез, а там оно – привидение. Как прыгнет на них из-за старой школьной доски.
– Враки! – отрезал Вадик.
– А вот и не враки, – обиделся Петька. – Он потом неделю заикался, его мама даже хотела к врачу отвести.
