Валентина не стала ждать его приглашения, которое навряд ли прозвучало бы. Она открыла дверь, вошла.
– Простите, я пришла с вами поговорить, – виновато улыбнулась.
Даниэль вынужден был принять ее.
Пригласив Валентину сесть на стул, сам, за неимением другого, расположился на кровати:
– Слушаю.
Валентина кивнула головой:
– Господин Даниэль, я пришла к вам по одному важному делу. У меня есть брат. В последнее время он сильно изменился. Он отдалился от жены… Вы понимаете, что я хочу сказать? Ведет себя очень странно. Постоянно старается быть один. О чем-то думает. Мы все…
– О кэй, тебя беспокоит, что он впал в депрессию, – Даниэль решил взять инициативу в свои руки. – Обычное явление, это проделки нашего цивилизованного века. Наши предки имели меньше претензий, поэтому были адекватными людьми.
– Ему нравится темнота, понимаете?
– Думаю, преждевременно драматизировать ситуацию.
– А разве это не опасно?
– Мрак, конечно, опасный советчик. Но все имеет меру и свою логику. Тот, кто любит звездное небо, с воодушевлением ждет наступления темноты. Я понял, что твой брат не прячется от людей в темном углу. Причиной депрессии часто является банальное недовольство собой. Появляется потребность поразмышлять над проблемами в укромном месте, наедине с самим собой.
– Господин Даниэль, это не простая депрессия… как Вам сказать… Он чуть не упал в пропасть, а потом едва не попал под машину. – Валентина не следовала его правилам, общалась с ним только на «Вы»: сказывались принципы советского воспитания.
Валентина выглядела встревоженной.
– Понимаю тебя, – откликнулся он участливо. – Ты считаешь, что его действия были подчинены определенному умыслу?
Она не ответила, лишь побледнела. Даниэль не стал настаивать на данном вопросе.
– Когда это произошло? – спросил.
– Примерно два месяца назад
– Судя по твоему возрасту, брат должен быть молодым, не ошибаюсь?
– Да, он старше меня на несколько лет.
– Раньше нечто подобное происходило с ним?
– Нет!
– Может быть, вы замечали иные регрессивные признаки в его поведении?
– Нет, господин Даниэль.
– За два месяца два случая, – в задумчивости сказал он.
– Но эти два случая произошли в один вечер, – поспешно уточнила Валентина.
Даниэль в размышлении смотрел на нее. Валентина была внутренне готова услышать худший вердикт врача, но и знала, что даже безнадежный приговор не сломит ее волю.
Мучительную паузу прервала она:
– Господин Даниэль, я хочу вам сказать, что в тот вечер он как бы играл со смертью, не хотел убивать себя, понимаете, он как бы шутил. А после он был только один, но с собой ничего не сделал, я вам правду говорю.
– Ты считаешь, что он не стремился покончить с собой?
– Мне так кажется, – в глазах мелькнула тень сомнения.
Даниэль выказал неудовлетворение:
– Валентина, я вынужден исходить из твоего восприятия, но оно может быть эмоциональным и ошибочным. Устрой встречу с ним, я хочу лично пообщаться с ним.
– Нет, он будет против!
– Найди благовидный предлог. Разумеется, не стоит раскрывать мою специальность.
– Это невозможно, он догадается, – но тут же: – Простите, я не сказала, он живет в России, его нет здесь.
Даниэль в раздумье потупил взор. После:
– Валентина, я лишен возможности дать надлежащий совет. Врачебная этика запрещает ставить диагнозы на основе предположений. Ты должна понять, я не имею права.
– Господин Даниэль, я знаю причину. Он, понимаете, перестал чувствовать себя мужчиной в постели, – она покраснела.
Сообщение вызвало у Даниэля легкую усмешку:
– Валентина, его неадекватные действия стали для вас неожиданностью, так надо понимать?
– Да, до этого все было нормально с ним.
– Я предполагал и не без оснований. То, что ты называешь причиной, является следствием. Мне представляется, что у твоего брата наблюдается распространенное физиологическое расстройство – эректильная дисфункция, одно из достижений цивилизации. О серьезных функциональных нарушениях, думаю, говорить преждевременно: два месяца – показатель неубедительный.
– Я тоже такого мнения, – вмешалась Валентина.
– …К тому же он слишком молодой. Упадок активности является следствием сильного стресса. В наше фальшивое время это повальное явление среди молодых.
– Никакого стресса не было, Даниэль. Он всегда был веселым. Что могло такое случиться, чтобы я не заметила?!
– Валентина, я пользуюсь тем материалом, который ты мне предоставила. Подобных случаев в моей практике было предостаточно. Я смею утверждать, что твой брат в тот день испытал психическое потрясение. Переживания впоследствии повлияли на его потенцию. Резкое угасание сексуальной потребности в такой короткий срок без определенных предпосылок у молодых и здоровых людей практически невозможно. Спад происходит постепенно и, как правило, связан с возрастным параметром.
