– Валентина, мы все в той или иной степени позволяем себе поступки, лишенные здравого смысла. Человек по своей сути безвольное существо. Обстоятельства – эти выдумки о чистоте и морали – довлеют над ним, он легко поддается внушению. – Даниэль неожиданно перешел к излюбленной проповеди. – Но есть отдельные личности, которые с возмущением восстают против такого насилия. В знак протеста позволяют себе поступки, лишенные здравого смысла. Эскапады повергают в обморок закомплексованных борцов за чистоту нравов. Мне поистине жаль этих чистопородных однодумов, ибо они, в сущности, являются послушными рабами коварной цивилизации, которая загнала все современное общество в ловушки этических правил. Нормы приличия суть одноместные застенки, только обнесенные не глухими стенами, а решеткой запретов, чтобы узники имели возможность наблюдать друг за другом и при случае упрекнуть соседа в нарушении так называемых культурных ценностей. Порабощенным приятны такие условия. Они привыкли, не знают и не хотят знать, что такое истинная свобода. Несчастные! Но как меня радует, что всегда находятся вольные духом смельчаки. Они эпатируют общество, протестуя тем самым против узаконенных кабальных норм морали. Дух свободы в них нетерпелив. Я тебе раскрою свой маленький секрет – мне очень хочется публично вываляться в грязной луже! А потом показать задницу моралистам. И я это сделаю потому, что дух мой не терпит надругательства. Пора постичь, что запреты угнетают природу человека, что, соблюдая их, человечество обрекает себя на неизбежное вымирание.
– Если человек откажется от норм приличий, то он станет дикарем, а дикари долго не живут, – ответила Валентина.
– Мне не нравится путь развития нашего общества. Дикари, несомненно, безнадежны, но я предчувствую, что дух свободы подскажет иной правильный путь.
– Бог любит человека и всегда поможет ему, – она хотела проиллюстрировать свою мысль цитатой из Библии, но затруднилась перевести ее на английский язык.
– Философствования не помогут, необходимо принимать меры, – он неожиданно засмеялся. – Я заметил, что рассуждения моих пациентов очень сходятся с размышлениями философов. Занимательно читать философские труды.
Валентина вдруг почувствовала внутренний укор: не за развлечением пришла.
Она встала:
– Спасибо Вам, Даниэль, за совет, меня ждут дела.
– У твоего мужа должно быть все окей, держи меня в курсе, Валентина, – сказал он серьезным тоном.
– Я верю в это, – ответила и в ту же секунду покраснела.
– Положись на меня, – улыбнулся он на ее смущение.
Она поняла, что ее тайну Даниэль не выдаст никому. Недвусмысленная позиция опытного врача явилась ценной поддержкой. Ключ был в ее руках.
ГЛАВА 24
Настала осень, гостиница прекратила работу. Но судьба не посчиталась с ожиданиями Валентины, ее постигло новое несчастье – тяжело заболела мать, об этом сообщила тетя.
Валентина оказалась меж двух огней. Однако выход нашелся: она решила поехать вместе с Вадимом. Пребывание на родине благотворно скажется на его душевном состоянии. А с ним и ей легче будет справиться с болезнью матери.
Вадим участливо откликнулся на недобрую весть. Он потребовал срочно послать денег, не жалеть.
Советовал нанять квалифицированную сиделку. Призывал не отчаиваться, начать действовать.
Она с печальной улыбкой слушала, затем сказала:
– Надо ехать, Вадим.
Он затих, потом глухо проговорил:
– О чем я говорю, конечно, надо ехать.
– Поедем вместе, Вадим, мне одной будет трудно.
Он потупил взгляд:
– Не могу.
– Но почему?! – в то же время поняла, что напрасны увещевания и просьбы.
– Не могу!! – судорожно потряс кулаками, словно угрожал врагу.
В беспомощности опустил руки, хрипло произнес:
– Езжай одна, Валя, ты обязана поехать. И… не надо, не задавай вопросов, прошу тебя.
Повисла тишина. Нарушить молчание никто не посмел.
Удары судьбы Валентина приняла стойко. Она чувствовала, что настало время ее испытаний, испытывается ее преданность Богу. Свершится над Вадимом добро или восторжествует зло, зависит от крепости ее веры. Чем сильнее вера, тем реальней надежда.
Валентина уехала на следующий день. Вадим провожал ее до аэропорта. В основном молчали. При прощании обменялись поцелуями, выразив глазами надежду на скорую встречу.
Россия встретила, дохнув забытым холодом. В Москве, где приземлился самолет, она совершила две покупки – приобрела новый и модный атрибут обихода, мобильный телефон, чтобы удобно было звонить Вадиму, и купила билет на поезд к матери.
Встреча с родней была волнующей, между тем по виду матери Валентина определила, что положение критическое. Уговоры на лечение не подействовали – мать упорно отказывалась от медицинской помощи. Валентина не выдержала, впервые в жизни прикрикнула на нее, после чего та притихла, перестала противиться.
В больнице доктора диагностировали острую сердечную недостаточность. Требовалось оперативное лечение. Сложную операцию делали только в Москве. Валентина увезла мать в столицу.
