Под укоризненным взглядом Ульдиссиана партанец снова осекся и разом умолк. Многие эдиремы приписывали Мендельну целую уйму самых причудливых и загадочных занятий, большая часть которых была лишь плодом их воображения. К несчастью, того немногого, что имело место быть, вполне хватало, чтоб устрашить кого угодно, даже Ульдиссиана.
Однако в поисках брата все это помочь не могло. Видя, что за спиной Рома собираются остальные, не знающие, в чем дело, Ульдиссиан забеспокоился, как бы их появление не осложнило и без того непростой ситуации. Если Мендельн кем-то похищен, рассудил старший из братьев, потрясенный сей мыслью куда сильнее, чем ожидал, как знать, не примется ли похититель за остальных? Ведь Мендельн, правду сказать, был много сильнее любого из эдиремов, но, очевидно, враг не оставил ему ни шанса…
– Всем в лагерь, немедля! – велел он. – Ступайте, ступайте!
– Но, мастер Ульдиссиан, – запротестовал Томо, – как можно оставить тебя здесь одного?
Скорее всего, Ульдиссиан сумел бы постоять за себя куда лучше, чем тысяча его приверженцев, однако ни Томо, ни, судя по множеству согласных кивков в толпе, кому-либо из остальных, это и в голову не пришло.
– Возвращайтесь в лагерь…
– А как же твой брат, мастер Ульдиссиан? – покачав головой, выпалил Ром. – Если он, как ты и опасаешься, куда-то пропал…
Ту и новоприбывшие поняли, зачем их предводителя среди ночи понесло в джунгли. Какие бы страхи ни вселял Мендельн в их сердца, сколь дорог он Ульдиссиану, знал каждый.
– Нет, так они не уйдут, – негромко пробормотала Серентия. – Единственный способ вернуть их в лагерь – вернуться туда самим…
– Не могу! Мендельну помощь нужна!
Серентия успокаивающе погладила его по плечу.
– Понимаю, Ульдиссиан, понимаю. Это я понимаю лучше, чем кто бы то ни было. Но посуди сам… сумеешь ли ты помочь ему сию минуту, когда все они стоят над душой?
Да, тут Серентия была совершенно права: сию минуту легионы приверженцев только мешали ему сосредоточиться.
– Все возвращаемся в лагерь, – немедля распорядился Ульдиссиан. – Ром, всех сосчитай и позаботься, чтобы никто не отстал.
Партанец послушно кивнул, однако во взгляде его отразилась нешуточная растерянность.
– Но ведь твой брат, мастер Ульдиссиан…
– А мой брат непременно найдется.
Дабы положить конец всем возможным расспросам, Ульдиссиан обогнул первого из учеников и двинулся к лагерю. Рядом, об руку с ним, шла Серентия.
Но, сколько Ульдиссиан ни изображал непреклонность перед лицом остальных, больше всего ему в эту минуту хотелось развернуться, со всех ног броситься в джунгли и звать, звать Мендельна, пока тот не отыщется. Что могло стрястись с братом, он себе даже не представлял. Он не чуял вокруг ничего дурного. Разумеется… разумеется, Мендельн просто заплутал, заблудился в джунглях, и вскоре объявится.
Но… что, если нет?
– Успокойся, – ободряюще шепнула Серентия, склонив голову поближе к его голове. – Вот все угомонятся, и тогда мы поищем Мендельна вместе. Заодно.
– Это как же?
– Объединив силы. Да, подобного мы еще не пробовали, но… по-моему, должно получиться.
Предложение девушки внушало надежду. Быть может, вдвоем им удастся то, что не удалось ему в одиночку, и уж тогда-то Мендельн найдется наверняка.
Вот только сумеют ли они в самом деле объединить силы?
– Попытка не пытка, Ульдиссиан, – шепнула дочь Кира, словно бы прочитав его мысли. – Ведь вы с Мендельном выручали меня вдвоем, вместе, разве не так?
Ульдиссиан кивнул, радуясь, что ей и невдомек, как близок был неупокоенный демон к успеху. Еще чуть-чуть – и ведь дотянулся бы до нее…
С той минуты, как все воротились в лагерь, Ульдиссиан только и мог, что дожидаться, пока остальные, наконец, не улягутся спать. Насчет караульных он не тревожился: караульным того, что затевают они с Серентией, не заметить. Для пробы они выбрали самый укромный уголок лагеря. Самих их стоящие на часах еще кое-как разглядеть могли, но чем они заняты – вряд ли, и хорошо. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь вмешивался, пусть всего лишь затем, чтоб предложить помощь.
Серентия уселась напротив. Оба скрестили ноги и взялись за руки: когда Ульдиссиан знакомил новичков с таящимся в их душах даром, прикосновение еще ни разу не подвело. Ее близость была настолько приятна, что Ульдиссиану сделалось чуточку совестно. Ничего подобного он не испытывал ни с кем после… после
– Не знаю даже, с чего и начать, – призналась Серентия, улыбнувшись ему. – Разве что потянуться к твоей душе, как ты в тот, первый раз… и со мною, и с остальными.
– Попробуй.
Ульдиссиан охотно проделал бы это и сам, но до сих пор предложения Серентии неизменно оказывались вполне разумными, а у него в голове настолько все перемешалось, что он с радостью уступил ведущую роль ей.
Серентия прикрыла глаза. Ульдиссиан последовал ее примеру, а почувствовав, как ее пальцы стиснули его ладони, ответил тем же.
И вдруг… оба они словно слились воедино.
