Окружающие нас подбадривали, одобрительно улюлюкая и похлопывая в такт музыке. Я вошла во вкус и поняла, что не хочу, чтобы эти мгновения заканчивались. Сердце колотилось, как ненормальное, пульс участился втрое, когда, судя по музыке, я поняла, что песня подходит к концу, а Алекс мягко привлек меня к себе, продолжая двигаться со мной вместе. От его прикосновений, от того, как, прижавшись друг к другу, мы двигались в такт музыке, я впервые в жизни поняла, почему говорят, что танец может разжечь страсть, являясь вертикальным выражением горизонтальных желаний. Не уверена, конечно, насчет Алекса, но я никогда в жизни не чувствовала такого сумасшествия, как в те мгновения. Окружающий мир словно перестал существовать. Все, что я видела – это небесно-голубые глаза Алекса, его улыбку, ощущая тепло его тела и чувствуя под тонкой тканью рубашки натренированные мышцы.
Подмигнув мне, Алекс неожиданно отошел от меня на шаг, прокрутив на месте, а затем ловко подхватил и, я даже ахнуть не успела, как он эффектно, по-голливудски, наклонил меня с последними звуками музыки, придерживая одной рукой за талию, а второй за плечи. Если бы мы были героями романтической комедии, за этим танцевальным движением последовал бы поцелуй.
– И кто тут говорил, что не умеет танцевать? – спросил Алекс, пока я мечтала о поцелуе.
Окружающие аплодировали, а Алекс мягко возвратил меня в вертикальное положение и улыбнулся собравшимся. К нам подошел солист группы и пожал Алексу руку, перекинувшись с ним парой слов. Неожиданно заметив, что свидетели этого незапланированного перфоманса снимали нас на фотоаппараты и телефоны, я задумалась, как скоро это попадет в интернет и как сильно повредит репутации Алекса. А главное, как это отразится на его отношениях с Джоанной. Я, конечно, не в восторге от самого факта того, что они вместе, но если он любит её, я буду уважать его выбор.
– Ну, как ты, василёк? – проговорил Алекс, кладя руку мне на талию и отрывая тем самым от мыслей. – Проголодалась? Как насчет обеда?
Я лишь кивнула, чувствуя, как подгибаются колени и приятное тепло разливается по всему телу от его прикосновений. Мы подняли с земли мои пакеты с одеждой и куда-то пошли. Меня даже не волновало, куда. Я готова была идти за ним хоть на край света.
Но привел он меня всего лишь в семейный ресторанчик «Да Винченцо». Расположившись за одним из столиков на улице, мы сгрузили все пакеты с покупками у наших ног в момент, когда к нам уже спешил официант с меню и хозяин ресторанчика. Оба горячо приветствовали Алекса и меня. Алекс улыбался, пожимал руки и благодарил за такой теплый прием. Когда мы остались одни, красавец раскрыл своё меню и сказал:
– Так как мы в Позитано, если ты позволишь, я хотел бы сделать заказ сам. Потому что здесь мы должны попробовать конкретные блюда. И сейчас я объясню тебе, почему.
Я лишь улыбнулась. Какая еда? Я всё еще думала о том, как он в танце прижимался ко мне своими бедрами.
– Представляешь, сыр Моцарелла был придуман именно здесь, в Позитано. И пицца Маргарита. Поводом для пиццы с таким названием послужило посещение Неаполя королевой Маргаритой Савойской в конце 19 века…
О боже… танец, его бёдра, крепкие плечи, широкая спина…
– …поэтому, я предлагаю заказать салат Капрезе, пиццу Маргарита, мидии в белом вине…
Интересно, если бы мы были наедине, он бы меня поцеловал? Ну, хотя бы в щечку? Или, может, только я восприняла так этот танец?
– … и рыбу Аква Пацца. Ты же ешь рыбу? А на десерт кростата алла фрагола…
Вот бы хоть на день поменяться с Джоанной местами. Подойти ближе, прижаться к нему всем телом, запустить руки в роскошные кудри, заглянуть в глаза, а потом чувственно поцеловать. На миг оторваться от него, слегка покусывая нижнюю губу, а потом сделать поцелуй еще глубже…
– Эми! – Алекс окликнул меня и щелкнул пальцами перед моим лицом. – Ты здесь? Не могу понять, согласна ты или нет.
– Согласна, – быстро проговорила я, не понимая, о чем он спрашивает.
– Отлично! – довольно произнес он и хлопнул в ладоши, вставая. – Я сейчас позвоню священнику, и к моменту, как мы придем в церковь, все будет готово.
– Подожди, – я нахмурилась, глядя, как он собирает с земли мои пакеты с одеждой. – Какой священник? Что будет готово?
– Как что? Ты же сама только что сказала, что согласна, – Алекс посмотрел на меня и что-то в его глазах меня насторожило. В них опять плясали озорные искорки. – А я думал, придётся по старинке… ну, знаешь – кольцо, вставать на колени, просить благословения… а ты раз – и просто так согласилась!
Очевидно, я сидела с таким вытянутым от удивления лицом, что Алекс неожиданно расхохотался.
– Прости, не удержался, – проговорил он, опускаясь на свой стул. – Я понял, что последние десять минут ты меня не слушаешь, вот и решил подшутить.
Я медленно выдохнула. Но промолчала.