— Что, правда?! — мальчишка расцвел, глядя на нее влюбленными глазами. — Коня? Мне? У меня будет свой конь?!
— Да, сынок, — мягко улыбнулась Рада, потянувшись и потрепав его по волосам. — И подождать осталось совсем немного: день рождения-то твой уже через два дня. Так что давай-ка, подожди меня еще денек, и я вся твоя, договорились?
— Да, мама! Вот это да! — Далан повернулся к Лиаре и восторженно заверещал: — Ты слышала, Лиара? У меня будет собственный конь! Настоящий и совсем мой!
— Поздравляю тебя, — улыбнулась ему эльфийка, мягко тронув его плечо. Лицо у нее просветлело, наполнившись искренней нежностью. — Ты будешь великолепно смотреться в седле. Лучше всех!
— Ага! — разулыбался мальчик. А Лиара подняла глаза на Раду и протянула ей сверток:
— Ваши кинжалы, Рада. А одежду я потом отдельно принесу, уж больно приметный тючок получается.
— Да забудь про нее, — махнула на нее рукой Рада, забирая сверток и откладывая его на стол. — Я уже все сказала Ленару, так что можешь на этот счет не переживать.
— Как прикажете, — склонила голову эльфийка. — А когда мне нужно быть в саду?
— Чем раньше, тем лучше. Отведи Далана к наставнику, а потом найди Гардана. Он у южной части здания. Будьте там.
— Хорошо, Рада, — кивнула Лиара, и, бросив на нее еще один взгляд, приобняв мальчика за плечи, повела его к двери. Сын не унимался, продолжая радостно верещать о своем подарке.
Когда дверь за ними закрылась, Рада размотала сверток и вытащила оттуда три своих кинжала. И, подумав, аккуратно упрятала их за пазуху и отвороты сапог. Тайрен вряд ли стала бы набрасываться на нее и Ленара с ножом, но осторожность никогда не мешала.
Ореховый кабинет располагался на первом этаже, в южной части особняка, и использовался Ленаром для переговоров с незнатными дворянами. Он был достаточно шикарным для того, чтобы не оскорблять чувства переполненных самолюбованием благородных, однако не настолько официальным, как гостиные, где богатство дома Тан’Элиан могло вызвать зависть и затаенную злость гостей. Проклятый политес!
Ленар уже ждал Раду, сидя в небольшом кресле из орешника лицом к окну. Стены кабинета были обшиты панелями из ореха, в тон им была подобрана мебель, выполненная в тяжеловесном стиле начала прошлого века. На стене висело старинное оружие, отполированное до блеска, с рукоятками, изукрашенными серебром и драгоценными камнями. Большие каминные часы тоже были выполнены из серебра и изукрашены изображениями оружия, доспехов и щитов. Раде вдруг пришло в голову, что Ленар не просто так выбрал именно этот кабинет для встречи с леди Тайрен, хоть и использовал его достаточно редко. Обстановка должна была навести ее на мысль о том, что сдаваться и сдавать Раду властям они не собирались. Все-таки я чересчур бестолкова для всех этих тонкостей. Мне бы даже и в голову не пришло подумать о том, как выглядит комната, где мы будем ее принимать. С другой стороны: оно мне надо вообще? Проще просто взять ее за шиворот и тряхнуть пару раз, чтобы все мысли о том, как бы получше меня подставить, вылетели из ее напудренной головки!
— Что Гардан? — не поворачивая головы, спросил муж.
— Уже здесь, занял свое место под окнами, — отозвалась Рада, подходя к нему и присаживаясь рядом за стол. Тот только кивнул, задумчиво глядя в пространство.
Рада вытянула ноги и тяжело вздохнула. Кресла здесь были с короткой спинкой и жутко неудобные: не развалиться, а это означало, что ей придется ерзать во время всей беседы. И ведь еще неизвестно, сколько эта беседа продлится. К счастью на резной столешнице уже стояла хрустальная пепельница и свеча для нее, и она полезла за пазуху за трубкой. Ленар был погружен в себя и внимания на это не обратил, потому Рада неторопливо набила трубку и раскурила ее от свечи. За все это поганое утро она успела устать так, что теперь внутри разливалось тупое равнодушие. В конце концов, если леди Тайрен попробует особенно сильно извиваться и юлить, можно будет хорошенько пугануть ее. Раду ведь и так считали опасной, а завтра могли объявить государственной преступницей, так что терять ей было нечего. А Гардан с Лиарой послушают, о чем пойдет речь, и, может, смекнут, что делать дальше. Одним словом, ее участие во всей предстоящей беседе сводилось к минимуму, поэтому Рада откинула голову назад и выпустила в воздух над собой три серых дымных колечка. А если кто-нибудь из этих бхар попробует накинуть тебе на шею петлю, ты тоже будешь пускать колечки? Над ее головой, тихонько позвякивая, покачивалась хрустальная люстра, и Рада оскалилась. Да. Только перед этим наконец-то уже кого-нибудь убью. И на этот раз взаправду.
