В 1970–1980-х годах название «рок-опера» вызывало резко негативные ассоциации у членов цензурных комитетов, поэтому данные произведения в официальных бумагах часто называли на немецкий манер «зонг-операми» (song (нем.) – «эстрадная песня»). Например, зонг-опера «Орфей и Эвридика» была поставлена при Ленинградской консерватории.

Конечно, отечественный рок не был единым. Исследователи (не удивляйтесь, и рок-, и поп-музыка давно уже стали объектом исследований) насчитывают в нем множество направлений, во многом совпадающих с теми, что мы привыкли выделять в роке западном. Правда, незадача в том, что сами исполнители далеко не всегда согласны с теми определениями, которые дают им музыкальные критики и поклонники. Кроме того, многие группы на протяжении своей истории пробовали разные направления, не оставаясь в одних и тех же жестко заданных рамках.

Вид на Таймс-сквер (пересечение Бродвея и 7-й авеню). Бродвей известен как средоточие американской театральной индустрии – здесь ставились самые известные мюзиклы и рок-оперы, в том числе «Иисус Христос – суперзвезда»

Так, например, «Алиса» от относительно легких композиций начала своего пути перешла к песням в духе хард-рока, а у поздней «Алисы» снова появились более мягкие ноты. За панк или хоррор-панк у нас отвечали «Король и Шут»; «Аквариум» часто относят к фолк-року, психоделическому року, инди-року и так далее. Ну а хеви-метал с середины восьмидесятых представляла группа «Ария».

Инди-музыкой обычно называют ту, которая пропагандирует независимость от продюсеров, моды и конъюнктуры (от independent music – «независимая музыка»).

Есть еще одна любопытная точка зрения: русский рок практически закончился как явление в конце 1980-х годов. Те, кто защищает эту версию, считают: рок – и в первую очередь русский рок – штука прежде всего оппозиционная, протестная. Пока не началась перестройка, русский рок с его не вписывающейся в официальные рамки тематикой полностью соответствовал своей сути: это андеграунд, независимый и самостоятельный, предназначенный для думающей публики. Препятствия, которые приходилось преодолевать рок-музыкантам, заставляли их уделять особое внимание музыке, текстам, содержанию. А со второй половины 1980-х годов, с началом эпохи «все можно», смысл русского рока как протестной субкультуры был утрачен. Началась эпоха звезд, а рок частично влился в рождающийся в новой России шоу-бизнес: из числа рок-коллективов выделились те, что были способны собирать огромные стадионные концерты. Вот еще одна любимая тема у музыкальных критиков: может ли рок-группа (рок-музыкант) быть звездой? Или звезды – это в первую очередь попса? Многие считают, что истинный рокер не гонится за широкой славой и далеко не всегда можно назвать рокером того, кто собирает стадионы. Конечно, это тоже спорная точка зрения: рок – это не только протест и андеграунд. А если уж душа просит протеста, в мире в целом и в России в частности по-прежнему полно вещей, которые можно беспощадно клеймить в своих произведениях: несправедливость, неравенство, жестокость.

Звезда – это не только творчество, это образ жизни

Конечно, каждый волен высказывать свою точку зрения: жив или мертв ныне классический русский рок? Чем стала для русского рока перестройка – благом или болотом? Оставив вас наедине с этими размышлениями, перейдем к теме перестроечных звезд и попсы восьмидесятых – девяностых, а также расскажем о тех образцах, на которые они опирались.

Стадион «Уэмбли» в Лондоне, новое здание. И в старом, и в новом проводились и проводятся масштабные концерты

<p>«Ветер с Запада»</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Поп-культ: музыканты, покорившие чарты и сердца

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже