Руки не узнавали упитанное тело, которое ласкали… Молодая женщина со стоном раскрыла бедра, открывая путь к исполнению всех желаний. Что-то было не так… Он еще не понимал, что именно, и все же… По-прежнему сонный, Александер запустил руку ей между ног. И вдруг опомнился. Кристина! Он застыл на месте.
– Кристина! Ты как сюда попала?
– Но вы сказали, мне можно остаться тут на ночь!
– Тут – это значит на одеяле Финли! – поправил он ее хриплым шепотом. – Но не
– Я подумала… вдруг ночью вы меня захотите? Вы же спали один, и я решила, что вы…
С той стороны, где лежала Летиция, послышался всхлип. Через белое полотно палатки внутрь проникал лунный свет. Александер увидел, что Летиция смотрит на него блестящими от слез глазами. Только не это! Она же бог знает что себе навоображала! Он попытался к ней прикоснуться.
– Не трогай меня!
– Не глупи, Летиция!
– Маккалум! Мое имя Маккалум! У тебя крыша поехала или что?
Он уставился на нее. Язвительный тон молодой женщины был сейчас совсем не к месту.
– Ой, это женщина, да? – воскликнула Кристина, прикрывая ладошкой открывшийся от изумления рот.
– Да, я женщина, маленькая дуреха!
– Ой!
Осознав смысл происходящего, девочка на четвереньках перебралась на ложе Финли и закуталась в одеяло. «Не такая уж она и глупая!» – подумал Александер с улыбкой. Он снова повернулся к Летиции и взял ее за руку.
– Не прикасайся ко мне, преда…
– Ай! Ты с ума сошла? – вскричал он, когда молодая женщина укусила его за руку, которой он попытался было зажать ей рот.
– Только тронь – еще хуже будет!
– Маккалум, угомонись! – шепотом попросил он. – Замолчи и одевайся!
– Нет.
– Одевайся!
– Нет!
Кто-то царапнул по палатке, и они оба вздрогнули. На полотнище нарисовалась чья-то тень.
– Птички запоют!
– Это ты, Гордон?
– Я! Макдональд, вода прозрачная.
– Спасибо, я понял.
– «Вода прозрачная»? – переспросила озадаченная Летиция.
– Это условный знак: путь свободен. Одевайся! Мы уходим.
Он ответил нежно, в надежде, что она смягчится. Летиция послушалась. Перед тем как выйти, Александер в последний раз посмотрел на Мунро, который спал крепко, как медведь зимой. Только разрыв снаряда мог бы его разбудить, да и то вряд ли… Колл вскочил на ноги.
– Алас, желаю удачи!
Растроганный Александер подошел к брату, и они в последний раз обнялись.
– Я придумаю, как дать тебе знать, Колл. Молись за нас, и все будет хорошо!
Кристина наблюдала за происходящим расширенными глазами. Последнее, чего хотел Александер, так это то, чтобы она попыталась отомстить ему за невнимание к ней.
– Я ничего не видела! – проговорила она быстро, желая успокоить его.
– Спасибо, Кристина.
– Удачи!
Александер и Летиция вышли наружу и, словно тени, заскользили между спящими палатками, переступая через веревки и колышки. Часовые сидели у огня спиной к ним и преспокойно курили. Финли присоединился к компании и рассказывал какую-то историю, чтобы отвлечь их. Беглецы без труда выбрались из лагеря и вошли в лес.
Некоторое время они шли молча, потом решили немного передохнуть. Александер опустил ранец на землю, вынул женскую одежду и протянул ее Летиции.
– На, переоденься! Если мы нарвемся на банду канадцев, у тебя будет больше шансов остаться целой, чем если ты будешь в солдатской форме!
– Надо было и себе прихватить одежду, Алекс, – упрекнула она его.
Он пожал плечами. Думая только о том, как обезопасить ее, он совершенно забыл о себе.
Лунный свет почти не проникал сквозь кроны деревьев, лес полнился тревожными звуками. Александер то и дело оглядывался. Он успел узнать, что индейцы умеют передвигаться бесшумно, как дуновение ветра. А еще следовало помнить, что и прятаться они умеют тоже… Сосредоточив свое внимание на Летиции, он вдруг лишился дара речи: молодая женщина стояла в одной рубашке и, наклонившись, искала завязки на юбке, которая так и осталась лежать на земле. В свете луны ее белая кожа, казалось, сияла изнутри. Почувствовав на себе взгляд, она посмотрела на Александера. Он же не мог отвести глаз от ее тела, порождавшего в нем неодолимое плотское влечение. Но сейчас не время, совсем не время… Он отвернулся и стал ждать. Прислушиваясь к мягкому шуршанию ткани, он представлял, как юбка скользит по ее крепким бедрам…
– Алекс!
Она положила руку ему на плечо и легонько его пожала. Он обернулся.
– Летиция!
Она улыбнулась, сделала пируэт и маленький книксен.
– Ты такая…
– Женственная?
Он сглотнул.
– Да, очень, очень женственная! И у тебя под сердцем дитя Эвана…
Александеру вдруг стало неловко, как если бы его погибший друг сейчас наблюдал за ними. Прогнав эту мысль резким движением плеч, он нагнулся, чтобы поднять ранец. И только теперь его осенило, что вся провизия осталась там, возле лагеря, в яме на опушке леса!
Летиция сунула свою красную куртку под куст и подобрала с земли свой
– Черт!
– Погоди, я помогу!
Он на ощупь стал подбирать с земли разную мелочь. Летиция вздохнула с облегчением, обнаружив драгоценный медальон Эвана. Что-то больно укололо Александера в большой палец.
– Ай! А это еще что?
