Потеряв надежду на избавление, она закрыла глаза, а ее мучитель испустил первый крик наслаждения. Преисполненный ярости, Александер встал и бросился к нему. Однако когда до них оставался шаг, ужасный удар снова повалил его на пол. Третий мужчина встал на ноги.
– Алас! Алас!
Кирсти кричала от отчаяния. Но ему не суждено было ее освободить. Третий бандит схватил его за ворот, толкнул к стене и приставил к подбородку нож. Второй подошел к ним.
– Твоя очередь, Джонас, – сказал он с ухмылкой, обращаясь к своему подельнику.
Александер утратил всякую надежду. У них не было шансов выйти из этой переделки живыми. Бандит, который припер его к стене, был в два раза шире в плечах… Он закрыл глаза, чтобы не видеть происходящего, но это не мешало ему слышать шум, производимый третьим насильником, и стоны девушки. Чувство бессилия сводило с ума…
Потом в комнате повисла тишина, нарушаемая рыданиями Кирсти и его собственным свистящим дыханием. Кончик ножа вонзился в его плоть. Александер открыл глаза.
– Ну, теперь ты видишь, что случается с теми, кто нарушает уговор? Я хочу знать, где Родди.
Родди? О ком он говорит?
– Отвечай, засранец, или я вскрою твоей потаскушке горло от уха до уха!
Клинок его товарища нацелился на хрупкую шею Кирсти.
– Не знаю я никакого Родди, – ответил он осторожно.
– Врешь! Родди постоянно наведывается сюда. Мы видели его сегодня утром.
– Он говорит правду, – слабым голосом проговорила Кирсти. – Он его не знает. Родди – это мой двоюродный брат.
Тот, кого бандиты называли Джонасом, с новым интересом посмотрел на девушку и подошел поближе.
– Твой двоюродный брат? А это тогда кто?
– Он не имеет никаких дел с… с Родди! Он – мой друг. Только мой…
– Вот как? Значит, если я правильно понял, чтобы добраться до Родди, нам придется иметь дело с тобой?
– А что вам от него надо?
– Сто пятьдесят голов скота, восемь лошадей, двадцать бочонков виски, шестнадцать… Он знает, что задолжал нам. Вот вы ему об этом и напомните. Правда, этот подонок понимает только один язык…
С этими словами он вонзил нож в нежное тело Кирсти. Прекрасные глаза девушки широко распахнулись… Александер замер от ужаса. Он закричал, да так громко, что стало больно в горле и груди. Молниеносный удар в живот заставил его согнуться пополам, а второй, в область затылка, уложил на пол. Красная пелена заволокла глаза, и он почувствовал, как проваливается в пропасть.
К горлу подкатило рыдание. Он сглотнул и сделал глубокий вдох, чтобы совладать с одолевшими его эмоциями.
