Милый друг,
простите, что не ответил Вам сразу. До сегодняшнего вечера у меня не было возможности это сделать. Не забывайте, я – солдат и мой первейший долг – служить королю. При этом не проходит и минуты, чтобы я не вспомнил о Вас. Я с нетерпением жду нашей встречи. После нашего поражения – злополучное тринадцатое сентября как будто предвещало Родине несчастье! – у Вас, я догадываюсь, сложилось нелицеприятное мнение о французской армии. И мне не в чем Вас упрекнуть. После гибели маркиза де Монкальма командование принял шевалье де Леви, и мы не теряли надежды отбросить англичан от города и заставить их вернуться на корабли еще до наступления сильных холодов. Но для того, чтобы собраться с силами, нам было нужно время… Как ни грустно мне в этом сознаваться, мы совершили много ошибок. Но себе в упрек я ставлю только одну, и она касается Вас. Мне следовало навестить Вас в тот вечер, когда я приехал в Квебек, чтобы сообщить господину де Рамзею о планах де Леви. Зная, что Вы в безопасности, и будучи уверен, что мы скоро вернемся в столицу, я предпочел повременить с визитом. У меня мало времени, поэтому буду краток. Правда состоит в том, что наше последнее расставание причинило мне боль и я не хотел бы пережить это снова. Какой же я все-таки эгоист! А теперь стены, которые, как я надеялся, будут Вас защищать, удерживают Вас пленницей вдалеке от меня. Прошу Вас, будьте осторожны! Не подвергайте себя опасностям, которые подстерегают жителей захваченного неприятелем города. И ради нашей любви не пускайте в свое сердце ложь, способную ранить его без всякой на то причины.
Ваш преданный слуга,Николя Рено д’Авен де МелуазВыходит, Николя знал, какие о нем ходят слухи, и решил, не вдаваясь в объяснения, защитить себя от нападок и успокоить ее, Изабель. Покончив с чтением, она долго смотрела на послание и ждала, когда же на нее снизойдет чувство облегчения. Но ничего такого не произошло. Расстроенная, Изабель сунула письмо под подушку и всхлипнула. В ту ночь Мадлен поняла, что кузина чем-то огорчена, но расспрашивать не стала и просто обняла ее покрепче.
Объехав последние нагромождения досок и камней, предназначавшихся для ремонтных работ, карета остановилась перед обителью. Неподалеку слышался стук молотков – там работали столяры. Погруженная в собственные мысли, Изабель не сразу заметила девушку, которая бегом направилась к ним. Длинные пряди черных как смоль волос обрамляли ее смуглое лицо со слегка раскосыми глазами.
– Уж не Марселина ли это? – спросила Мадлен, соскакивая на землю.
Изабель посмотрела на девушку и узнала ее.
– Марселина! Как я рада тебя видеть!
Девушки обнялись. Угостив подругу яблоком, Изабель присела на скамейку и пригласила Марселину составить ей компанию, пока Мадлен с Батистом управятся с корзинами. Ветер донес до них крепкий запах воска. Он напомнил Изабель о том, сколько счастливых часов она провела в этом монастыре. На уроках игры на скрипке они с кузиной часто умирали от смеха. Бедная сестра Мария-Марта! Но все это было так давно…
