Нет, он не свалился. И выступил лучше, да, определенно лучше всех. Кувырки и петли, пролеты в кольца, и под горизонтальными жердями, затейливый танец вокруг столбов, потом - просто свободный, в вышине. И когда уже ожидалось, что он полетит вниз, Шаран вдруг послал руха вверх и проделал ту самую, "обратную" петлю... Еще раз, и еще... Три раза. Легко и непринужденно - по крайней мере, так это казалось снизу. И, выйдя из петли, сразу легко слетел вниз. Толпа как-то разом вздохнула и зашумела - оживленно и восторженно, и одновременно как-то осуждающе, разочарованно. Именно так: все чувства сразу были в этом человеческом гуле. Выступление отличное, да, этому нельзя было не отдать должное. Это оценили. Но - у Приграничья только что отобрали тот самый шанс победить, что еще оставался.
Ардай в сердцах стиснул зубы. Что ж, Шаран не совершил ничего недозволенного. То, что в цепочке инспектора Дана не было этого упражнения, лишь означает, что оно не обязательно. Но ведь и не запрещено. Рассчитывать следует на свои силы, а не на чужую снисходительность - да, это так, а что, кто-то сомневался? Во втором туре надо превзойти всех, и точка. А теперь без этого упражнения превзойти невозможно. Все оставшиеся гвардейцы, кто может, будут крутить эту петлю...
Он поискал взглядом Шарана, и - глаза их опять встретились. Да что за демоны! Ардай поспешно отвернулся.
Он ведь все это может. Он это делал. Никто здесь не умеет того, что делал он!
Только не на рухе. На драконе.
Ардай тряхнул головой и мысленно обозвал себя идиотом.
Сон - это сон. Всего лишь. К сожалению.
Он потер ладонью вспотевший лоб.
Это все потом! У него еще будет время предаваться грезам, да хоть до первого снега! А сейчас, вот прямо сейчас, надо как-нибудь - эх, знать бы, как! - победить Шарана, иначе потом долго будет тошно. Кому другому можно бы и проиграть. Но проиграть Шарану, опять?..
О, Провидение, ну, сжалься же, помоги! Только сегодня, один единственный раз!
Почему-то кружилась голова. Белый драконий хвост мелькнул перед глазами, хотя Ардай и не думал их закрывать. А так хотелось закрыть и представить, как они несутся навстречу упругому, прохладному ветру - они, Ардай Эстерел и дракон. А белая чтобы летела рядом. И это желание - какое-то до болезненного настойчивое. Что наделал с ним сегодняшний сон, свел с ума, что ли?
Его флаг уже на мачте, полощется на ветру, сине-серебряный флаг Эстерелов. Надо садиться на Бака, и взлетать. На них обращены все взгляды, это для них сейчас - рокот толпы и ее сдержанное ожидание.
Как недавно имень Эсплет, Ардай потрепал по крылу своего руха - не сердись, дескать, - и, сделав пару шагов вперед, крикнул:
- Я желаю поменять птицу! - и показал на призового руха, сидевшего на положенном ему месте.
Эта птица сегодня чуть не убила наездника, пусть не по своей вине. Но она же - шанс, которым не смог воспользоваться Эсплет.
Ардай видел, как инспектор заговорил о чем-то с наместником, и лишь спустя несколько томительно долгих минут махнул рукой, разрешая взять птицу.
Вот и все. Теперь - пропустить свою очередь, и у него есть минимум два часа, чтобы приручить руха. Он будет выступать последним, если, конечно, больше никто не пропустит очередь...
Земля мелькала внизу, Ардай на нее не смотрел. Не до того. Он летел на рухе инспектора вокруг Аша, и наслаждался полетом. На призовой птице, которую никто еще не заслужил! Они были высоко, так высоко, как редко поднимаются рухи. Зачем? Да просто так. Поистине, удивительный сегодня день, будет потом, что вспомнить.
Он видел, как спустили его флаг и подняли чей-то еще. И знал точно - не все сейчас следят за выступлением. Многие смотрят на него, как он парит в небесной выси, и гадают - какой еще сюрприз их ожидает. И, конечно, заключают пари. Интересно, ставят ли жители Аша деньги за его победу?
Пусть их. Ардай полетел прочь.
Рух... он так послушен, что это даже странно. И не подумал артачиться, когда Ардай сел в седло. Слушается так, словно Ардай летает на нем уже сто лет. Даже Бак не бывает столь совершенен. Если эта птица достанется кому-то другому - пожалуй, будет несправедливо.
Странный дурман, колдовское наваждение не отступали. Как будто это все происходит с ним - и не с ним одновременно. И при том же - необычайная легкость и ясность в голове, и зрение - что случилось зрением? Словно он видит на много-много солей вокруг, и может разглядеть каждый камень внизу, на далекой земле - да только к чему их, камни, разглядывать?
Его дракон... нет, рух... Хотя, какая разница?
Ардай прикрыл на секунду глаза и представил, что белая - здесь.
Пусть будет рядом. С ней проще.
Кувырок. Получилось. Петля. Получилось. Он снизился, пронесся над самой дорогой, резко взмыл вверх, снова петля, петля, петля, кувырок, вниз, вверх...
Ардай почувствовал, как дрожит под ладонями шея его дракона. Нет, его... дракона! Пусть! Кому какое дело?
Кувырок. Петля. Выровняться, отдохнуть. Обратная петля. Та самая. Получилось! Еще раз. Есть!
Хватит, хватит. Не хватало еще, чтобы дракон устал...
Нет, рух. Нельзя, чтобы рух утомился раньше времени.
