Похоже, ему посчастливилось вернуться удивительно вовремя - заканчивал выступление предпоследний участник. Последний - он, Ардай.
Хотелось не привлекать внимания - куда там. Лишь Ардай появился в пределах видимости, все взгляды обратились на него. Выступление больше никто не смотрел.
И неудивительно. Во-первых, Ардай в этот день оказался главным блюдом для голодной до зрелищ толпы. Редко бывало, чтобы один смотр кардинально отличался от другого, а в этот раз получилось именно так: наездник заменил руха, тот его чуть не покалечил, а теперь - совсем небывалое дело - на той же птице будет выступать другой наездник. Совсем зеленый мальчишка. Настырный и задиристый, уже показавший себя в стычке, пусть словесной, с самим инспектором из Ита. Но главное - "свой".
А во вторых... Да вот это и было "во-вторых". "Свой" победит или "чужой". Победы "своему" неистово желали все. Дескать, мы все равно лучше, вы просто этого еще не поняли! И жители Аша, да и не только они, далеко не только, получат право так думать, если вот этот нахальный парень, именьский сынок, вдруг победит! И деньги ставили, а как же. Ардай был бы потрясен, узнай он общую сумму заключенных на него пари. Это был своего рода бездумный порыв, охвативший каждого второго: "Пусть я проиграю, но поставлю на этого Эстерела, он покажет на что способен, и знай наших!!" На тех, кто ставил деньги на победу чужака, смотрели нелюбезно. Это было почти сумасшествие.
Флейта проиграла несколько тягучих нот - маг выполнил свою работу. А как же, наездник летал где-то далеко, мало ли, чего он там нахватался! Флаг Эстерелов затрепетал на мачте, поднимаясь...
Вверх!
Если думать, что под ним дракон, все получается легче. Значит, кому какое дело до его мыслей?..
Круг над полем. Теперь - начали.
Кувырок, еще один, еще... два.
Одна за другой три петли.
Кольца.
Теперь вниз, пронестись над всеми жердями сразу - а почему нет?
Вверх. Короткий танец в вышине, похожий на затейливое порхание бабочки.
Вниз! Кольца.
Вверх. Петля назад, еще, еще... Еще! Ей, Шаран, ты умеешь делать такое десять раз подряд? А пятнадцать?..
... тринадцать, четырнадцать, пятнадцать!
Ардай не думал и не рассуждал, был не способен. Он просто жил этим коротким полетом на пределе всего. Как будто после... неважно, что будет после.
Если бы он просто прислушался, он бы немало удивился. Потому что над полем стояла тишина, такая тишина, какой при подобном скоплении народа не бывает никогда. Для этого нужно, чтобы все, как один, молчали - а часто ли случается подобное?
А если бы Ардай видел себя со стороны, если бы он был там, внизу, среди зрителей - у него самого от удивления отвисла бы челюсть. При выполнении любого трюка имеет значение и скорость, и размах движений - то, что получалось у Ардая, выходило за все допустимые пределы. Было быстрее, больше, четче. И потом, рух - это все-таки птица, он не может летать по перекрученной ломаной. Но на этот раз выходило именно так. Тут не один трюк был "невозможным" - невозможным казалось почти все.
О демоны, да что вытворяет этот мальчишка?!
Ардай сообразил, наконец, что, пожалуй, хватит. Он не видел предыдущих полетов, но явно того, что сделано, достаточно. Среди последних он уже не будет.
И вот еще что: он устал. Кровь в жилах уже не пенилась, как молодое пиво, сердце стучало гулко и часто. Он устал очень. Надо вниз.
Послушная птица стала снижаться.
Э, нет, не так! Не так резко!
Плавнее.
Не хватало еще врезаться в землю.
Рух выровнялся, спланировал...
Хорошо.
Ардай привычно расстегнул пристежные ремни уже на подлете, поэтому успел соскочить, а рух, приземлившись, тут же упал на бок. Ардай неловко сел рядом, прямо на землю - ноги почему-то не держали.
Он еще успел услышать ту самую тишину, перед тем, как она разорвалась ревом, топотом, гоготом. Кругом творилось что-то несусветное.
Протопало множество ног в сапогах - Ардая и упавшего руха окружило двойное кольцо стражи. Но он смотрел только на птицу. Воспитанный как наездник, он привык не оставлять без внимания птицу, на которой только что летал. Невероятно: рух лежал ничком, вытянув шею и странно вывернув кудлатую голову, из приоткрытого клюва вытекала, собираясь в лужицу, темная кровь.
Лиолина, которая смотрела полет издалека, из своей коляски, этого видеть не могла. Когда наездник с птицей исчезли из ее поля зрения, она, донельзя удивленная, оглянулась на старика.
- Дедушка?..
Потому что большую часть действа старик дремал.
- Значит, эти курицы даже так могут, кто бы мог подумать, - парень, все еще сидящий у ступени коляски, удивленно присвистнул. - Это ведь был Эстерел? Из тех самых?
- Его отец, получается, наш родич, да? - неуверенно спросила девушка.
- С какой стати? - пробормотал старик. - Тот факт, что одна из моих внучек умерла на его кровати, не делает его моим родичем. Крис, трогаем.
Парень тут же взобрался на козлы, взял вожжи, и коляска споро съехала с холма и покатила по направлению к тракту.
- И все-таки, ты должен знать. Как это так получилось? - в который раз спросил Крей. - Наверняка ведь хотя бы догадываешься...
