— Британец, — определил урядник Невский, подошедший к командиру и сыщице и вставший рядом. — Торговец, грузовоз. Вон какой здоровяк, а пушечных башен всего две в нижней полусфере, со скорострелками. Будь пассажирский или грузо-пассажирский, не рискнул бы так низко идти.
— А почему этот идет? — спросила Саша с искренним любопытством. Дронов был уверен, что она девушка городская и летала на цеппелинах куда как чаще его, но знала о них, видимо, немногим больше.
— Скорее всего, поломка какая. — Старший казак вытащил из-за пазухи трубку с коротким чубуком, сунул в зубы. Полез за кисетом. — Утечка газа, например.
— Интересно, они нас видят?
— Могут, при желании. И даже наверняка. — Дмитрий Александрович достал кожаный мешочек, развязал его и принялся набивать трубку табаком. — Места тут опасные, в такой момент у них должна двойная вахта землю наблюдать. А не то пальнут снизу из пушки — и поминай как звали.
— Думаю, махать им рукой не стоит, — добавил Дронов, жующий травинку.
— Ага, еще влепят очередь двадцатимиллиметровых. От нервов. — Казак перевел взгляд на капитана. — Мы закончили, прикажете отбой?
— Пожалуй. Посты ведь выставили, вахты распределили?
— А то.
Они помолчали еще немного, наблюдая за тем, как небесный гигант, басовито рокоча двигателями, уплывает вдаль, призрачной тенью тая среди бледных ранних звезд.
Караван они нагнали во второй половине следующего дня — много раньше, чем рассчитывали. Объяснение тому было простым — обоз никуда не ехал, а стоял в стороне от тракта. Высокие четырехколесные телеги торговцы построили огромным квадратом, загнали внутрь получившегося укрепления лошадей и выставили на периметр часовых. Кроме того, на каждой третьей повозке стояло что-то, накрытое толстой тканью, — по габаритам весьма похожее на пулемет. В центре лагеря высился шатер, окруженный тройкой фургонов-цистерн — они использовались как сторожевые вышки, — на каждом стояло по караульному с винтовкой.
— Ого, — только и сказал Николай, когда ему открылось столь впечатляющее зрелище. — Настоящий вагенбург.
— Крутовато взялись, для купцов-то, — согласно хмыкнул Невский. — И организовано грамотно, как по учебнику. Что прикажете делать?
— Как обычно, — пожал плечами капитан. — Сперва переговоры. На сей раз еду я. Джантай со мной.
— Я тоже, — раздался звонкий голосок из-за спин солдат.
— Саша…
Девушка, подъехав ближе, серьезно посмотрела ему в глаза, сдвинула брови. И Дронов со вздохом сдался:
— Ладно. Тогда еще Черневой. Остальным ждать в готовности.
«Делегация» из четырех человек направилась к стоянке торговцев нарочито неспешно и не таясь, напрямик. Движение, наметившееся в лагере при появлении русского отряда, стало бурным — люди, сидевшие у костров, бросались на явно заранее условленные боевые позиции, хватая длинные ружья, кто-то вскакивал на коня, кто-то лез на возы с укрытыми тканью предметами… Это была не паника, а спокойная деловая суета. Когда до импровизированного укрепления путешественникам оставалось метров двадцать, их окликнули сперва по-узбекски, затем по-киргизски. Последний вопрос Николай понял:
— Кто такие?
— Русские! — ответил капитан на том же языке, надеясь, что его скромных лингвистических познаний хватит и привлекать Джантая как переводчика не потребуется. Общаться через посредника всегда сложнее. Но и получить порцию свинца из-за недопонимания тоже как-то не хотелось.
— Что здесь делаете? — Вопросы задавал невысокий мужчина в черной, шитой золотом тюбетейке. Разглядеть его толком не выходило, так как он предусмотрительно прятался за парой плечистых охранников — виднелась лишь макушка.
— Исполняем поручение командования! Дипломатическая миссия! — Слово «миссия» офицер произнес по-русски — в киргизском языке такого или не было, или Дронов его просто не знал.
— Ну и езжайте себе!
— Говорят, тут опасно стало. — Николай решился подъехать чуть ближе, чтобы без нужды не повышать голос. — Мы бы хотели к вам присоединиться, если вы идете в сторону Чимкента. Со мной отряд солдат, вместе будет спокойнее.
— А откуда нам знать, что вы правда русские? — после короткого раздумья спросил носитель золоченой тюбетейки. — Подпустим вас, а вы…
— Я не похож на русского? — делано возмутился Дронов и широким жестом указал на Сашу. — Или она похожа на киргизку?
— Поверьте им, Насреддин-ака. Это русские, — раздался вдруг тихий, но хорошо поставленный, слышимый даже с расстояния голос. — Самые настоящие. Я не раз имел дело с русскими, я их знаю.
К двум пустым возам, образующим нечто вроде ворот, подошел человек, одетый в костюм небогатого путешественника — удобный, но без всяких украшений. Кожа, войлок и костяные пуговицы — ничего более яркого. Такой в Средней Азии носили те, кому по долгу службы или иной нужде приходилось часто ездить между поселениями. Только характерный разрез глаз, тонкие усики и собранные в косицу волосы выдавали в новом собеседнике уроженца Поднебесной.
