— Хватит! Ненавижу!!! Сколько можно прощать меня?! Мучить чувством вины и собственной неполноценности? Почему ты молчишь, когда я трахаюсь у тебя на глазах с другим? Почему?! — заорал Франсуа на побледневшего Прайма, вбивая его в стену плечами и захлебываясь в потоках воды и шквальном ветре. — Хватит быть благородным, всепрощающим и покорным! Я не хочу видеть тебя таким! Я не могу этого терпеть!
— А что мне прикажешь делать? — скинул его руки Прайм и вырвался на свободу.
— Не знаю! Наорать на меня! Вправить мозги! Избить так, чтобы не вставал неделю! — заметался по крыше демон, оскальзываясь в кипящей вокруг щиколоток воде. — Заставить думать о последствиях своих поступков! Посадить на цепь! Да что угодно, только не этот понимающий взгляд!
— Избить? Посадить на цепь? — зарычал Прайм, начиная кружить вокруг него. — Да ты уйдешь сразу же, как только я начну ограничивать тебя! Меня всю жизнь держали на веревке, и я не собираюсь делать это с тобой! Я хочу, чтобы ты был со мной по собственной воле, черт бы тебя побрал! Любил меня так, чтобы тебе не нужен был никто другой ни в постели, ни в сердце, ни в душе!
— Ты просто бесхребетный слизняк, который прячется за отговорками, — сказал Франсуа, понимая, что Прайм прав, но не желая брать на себя никаких обязательств даже сейчас. Ненавидя себя за это и срывая ярость на любимом. Снова. — Я Великий Герцог Империи демонов, а ты полное ничтожество, позволяющее вытирать о себя ноги. Как я могу быть рядом с тобой? Подчиняться тебе добровольно?
— Что ты сказал? — охрип Прайм, побелел, как простыня, и замер, опустив голову на грудь и сжав кулаки. Капли дождя стекали по темным в свете молний волосам, и казалось, что плачет сама Вселенная.
— Прости! Прости меня, любимый мой! — кинулся к нему демон. — Я вовсе не это хотел…
Но закончить предложение он не успел, потому что Прайм поднял голову и вспыхнул таким ослепительным сиянием, что Франсуа зажмурился и тут же отлетел на середину крыши от мощного хука с левой. Снес собой антенну и чуть не захлебнулся в море воды, проехав по крыше на спине несколько метров. Перекатился на колени, но не успел подняться, снова отлетая в лужу, но уже от удара ногой в живот. Жесткая, невероятно сильная рука вздернула его за волосы на ноги.
— Ты достал меня, демон. Опять! Ты не Великий Герцог, ты заигравшийся мальчишка! — в бешенстве заорал ему в лицо сияющий ярким светом среди темноты и дождя Прайм. — И я устрою тебе настоящий Ад, если ты еще раз доведешь меня до такого состояния! Я такой, какой есть. Благородный, добрый и прощающий тебе и только тебе все, что угодно!!! И ты любишь меня за это больше жизни, глупый демон! Я никогда не буду заставлять тебя быть только со мной, и именно поэтому ты не сможешь больше спать ни с кем, кроме меня, каким бы вольным Ветром ты ни был. Будешь подчиняться мне, будешь хотеть меня до безумия каждый божий день и ревновать к любой тени до конца времен. Будешь каменеть от ужаса при одной только мысли о том, что я оставлю тебя или перестану любить. И все это ты будешь делать сам. Добровольно.
— Нет, — вырвался из его рук Франсуа, но Прайм успел схватить его и впечатал в кирпичную стену трубы, закрывая от шквального ветра и оставляя обоих под ливневым дождем.
— Да.
— Я не хочу постоянно отвечать за свои поступки! Переживать за тебя каждый раз, когда захочу просто развлечься или проверить самого себя на прочность! Заставь меня, Прайм! Пообещай уйти, если я начну делать глупости, это остановит меня лучше любых оков. Посади на поводок и держи крепко-крепко! — Франсуа умоляюще посмотрел в сияющие глаза Прайма.
— Нет. Ты любишь меня так сильно, что первый и единственный раз в жизни возьмешь на себя ответственность за наше с тобой будущее и примешь решение сам. Раз и навсегда, — сказал Прайм. Убрал мокрые волосы со лба и улыбнулся. — Ты сможешь, ветер. Это ведь так просто!
Франсуа заглянул в сияющие любовью глаза, посмотрел на капли дождя, скатывающиеся по прекрасному лицу, на облепившую торс мокрую белую рубашку, узкие джинсы на бедрах. Вспомнил сегодняшнюю девицу и мексиканца. Облегчение и абсолютная уверенность в своих силах и решениях накрыла демона с головой. Как можно сопротивляться или изменять Ему? Никогда. Он ведь знал, что так будет, с самого начала, только боялся в это поверить. Ему же действительно не нужен никто, кроме Прайма. Его единственного любимого. Сколько можно наступать на одни и те же грабли? Вот уж и впрямь глупый демон.
— Да, — сказал Франсуа, обнимая его изо всех сил. — Ты прав, солнышко. Это очень просто.
— Ты никогда больше не уйдешь развлекаться без меня.
Прайм с трудом стащил с Франсуа прилипшую футболку, едва не задохнувшись от вида стекающих по выпуклым мышцам капель.
— Да.
Франсуа распахнул на оборотне рубашку и спустился по груди и кубикам пресса губами вслед за стекающей по ним дождевой водой, выпивая любимый запах и снимая с него джинсы.
