Мир, в котором жили оборотни, считался одним из самых отсталых. Люди здесь до сих пор не вышли в космос, считали себя единственной расой во вселенной и не открыли второй, более эффективный, но гораздо менее массовый способ перемещения между мирами. Так что попасть на Восьмую Планету Девятого круга, как и выбраться с нее, могли только те у кого были амулеты с порталами. Один портал, один кулон. Очень и очень дорого, но зато быстро и практически бесследно. Отследить место перемещения через него было почти невозможно. Только вампиры, да и то далеко не все, были способны сделать это, что надолго выводило обоих братьев оборотней из игры и сильно усложняло им любые поиски.
Если бы не Энджи, шансов выбраться из своего мира и начать поиски у Прайма было бы не так уж и много. Но она у него была, и это безмерно радовало их обоих. Только ангелы могли бродить по мирам так, как им вздумается без всяких порталов или звездолетов. Раскрывая крылья души, уходя в другое место и забирая с собой свое очередное человеческое тело одной силой мысли. На то они и ангелы. За всю свою жизнь Энджи ни разу не приходилось пользоваться порталами, но Прайма она не могла забрать с собой при всем своем желании. Амулеты, в которые были заключены порталы, можно было купить только на планетах Первого Круга, и стоили они очень больших денег. Так что пока Ромул занимался бы слежкой за Энджи, Прайм должен был успеть перевести немалое состояние Франсуа в золото и драгоценные камни.
Все это им ох как понадобится в их нелегких поисках. Кто знает, сколько времени они будут носиться за неуловимым демоном? Ангел-хранитель может многое, но не все, тем более для такого странного подопечного как демон. Энджи очень смутно представляла себе, в каком из миров сейчас находился Франсуа, так что на легкие поиски рассчитывать не приходилось. Кроме того, оставались ведь и те, от кого демон так поспешно сбежал. Вряд ли они оставят Прайма в покое, узнав, сколько лет демон прожил с ним в одном доме. И о них следовало помнить постоянно. Охотники Императора были самыми опасными существами в мире, если не считать его самого, конечно. Когда Энджи прочитала бумаги демона в кабинете и поняла, от кого и как долго скрывался Франсуа, кем он был на самом деле, то прониклась к нему и его уму невероятным почтением. Две тысячи лет успешно скрываться от Охотников и самого Императора демонов это вам не абы что.
Ромул остановил машину перед домом Энджи, молча выкинул на тротуар ее сумки и рванул с места так, будто за ним гнался сам дьявол. Ангел искренне надеялась никогда его больше не увидеть. Собрала сумки в одно место и в задумчивости уставилась на внушительную горку. Всего четыре, но больших и довольно тяжелых, они не внушали никакого желания их тащить. Раньше она взялась бы за них сама, но то было раньше. Энджи огляделась вокруг, расстегнула пару пуговок на блузке, а потом беззащитно и растерянно похлопала глазами проходящему мимо мужчине и случайно уронила ему сумку под ноги. Через десять минут вся поклажа была у нее в квартире, а его визитка у нее в руке.
Быть падшим ангелом оказалось не так уж и плохо. Энджи посмотрела на указанный в визитке телефон, улыбнулась и выкинула ее в мусорное ведро. Никто и никогда не сможет сравниться в постели с ее любимым демоном. Никто. Ну разве что Прайм?
…
Три недели. Целых три недели! Двадцать один день Прайм не видел Франсуа и все никак не мог отправиться на его поиски. Тоска по любимому росла, как снежный ком, и заставляла его хмуриться все чаще. Они прожили вместе в одном доме 250 лет, виделись ежедневно, занимались сексом как минимум еженедельно, и Прайм прикипел к демону намертво. Он нисколько не удивился тому, что рассказала ему Энджи в тот день, когда Аластер Сторм погиб. Не зря Прайм с самого первого дня считал его потерявшимся сказочным принцем. Франсуа им и оказался. С некоторыми поправками на Великого Императора Дариуса.
Ангел запугала его жуткими историями про бессмертного демона, но так и не смогла предположить истинную причину его охоты за своим Бастардом. Тем не менее было понятно, что неприятности у Франсуа были глобальные, а потому желание найти его как можно быстрее и беспокойство за его жизнь переливалось через край. Прайм с трудом удерживался от желания закатить небольшую, но бурную истерику, чтобы сбросить растущее напряжение и выплеснуть эмоции, но Ромул кружил над ним как коршун, не давая ни минуты передышки ни днем, ни ночью, и это заставляло его держать себя в руках.
