Логично. Мама точно нашла бы, в чём загвоздка. Ирия просто объявила бы бордель-маман лгуньей. Эйда тоже ощутила фальшь, искусно вплетенную в правду. Но не смогла отличить одно от другого. Никогда не умела.
— Хорошо, благодарю вас. Я последую в безопасное место, которое вы мне предложите. Еще раз благодарю вас за участие и помощь.
Все-таки между прежней Эйдой и нынешней разница есть. У наивной девочки из Лиара ложь не слетала с языка так легко.
Что ж, такой хороший учитель, как жизнь, даже в совсем безнадежную голову что-то да вобьет.
— Поверь, Эмили, я желаю тебе и твоей дочери только добра. Вы обе действительно мне нравитесь.
Поверим. Больше всё равно ничего не остается. Даже самый слабый интриган и манипулятор мигом поймет, что у Эйды Таррент никогда не поднимется рука на собственного ребенка. Даже, чтобы спасти от более жуткой участи.
И уж точно она не посмеет трусливо удрать в Бездну в одиночку. Бросить дочь на произвол судьбы — в этом худшем из миров.
<p>Глава 6</p>Глава шестая.
Мидантия, Гелиополис. — Квирина, Сантэя.
1
Алексис и прежде бывал в столице. Раза три. И успел забыть, какая же она огромная!
А теперь только головой вертеть успевал.
Гелиополис! Столица Мидантии. Цивилизованного мира, религии, культуры! Здесь живут Патриарх и базилевс, и весь высший свет. И Юлиан Гадзаки — родной дядя Алексиса. Министр иностранных дел и ближайшее доверенное лицо Его Величества.
А еще здесь живет и здравствует злейший враг их семьи — Октавиан Мидантийский Барс. Из-за него дядя больше года провел в тюрьме. И еще три — в ссылке. А мама плачет до сих пор.
Но справедливость восторжествовала — и император вернул дядю назад. Жаль лишь, что при этом не сослал Октавиана. А еще лучше — не казнил.
В роскошном дядином особняке слуги немедленно приняли уставших коней под уздцы. Алексис с облегчением спрыгнул на твердую землю. Возле самого фонтана.
Безумно хочется смыть дорожную пыль… Да хоть в этот фонтан окунуться! С головой.
Ничего, у дяди наверняка — отличная купальня. Раз уж у него такие фонтаны, мраморные дорожки и статуи.
Алексис и себе не хотел признаваться, насколько волнуется перед встречей с всесильным дядей. И даже боится. Слегка.
Юлиан Гадзаки никогда не оставлял заботами семью двоюродной сестры. Даже этот конь — дядин подарок. Но кто такой министр, и кто — провинциальный дворянин? А уж тем более — сын провинциального дворянина? Еще не имеющий ровно никаких заслуг — ни перед семьей, ни перед отечеством.
Дядя встретил племянника прямо в холле.
— Алексис, мальчик мой, как же ты возмужал! Творец милосердный, выглядишь на все двадцать! Ну проходи же, дай тебя обнять! Весь в отца…
Глаза у дяди Юлиана — такие же добрые, как в прошлый раз. Когда в столице погиб старший брат Алексиса.
Тогда дядя не отходил от зареванного племянника три недели… Пока не приехала мать.
А Барс так и не заплатил за свое преступление — ничем! Доказать его вину не удалось. Даже предъявленные тела убийц — его людей! — были встречены презрительной усмешкой. И едва уловимым пожатием плеч.
