Николя, вопреки страхам Ольги, и не думал избегать ее или постыдно бежать. Более того, после столь долгой разлуки, он внезапно почувствовал тоску по ней, чего так старательно старался избегать в последнее время. Сердце князя сжалось от печали по расторгнутой им помолвке, а кровь ударила в голову так, что он никого кроме своей подруги теперь и не видел. В глубине души Албашев несказанно рад был встрече, но вовремя взял себя в руки и виду не подал. Ему приятно было, после той обиды, что Оля ему нанесла, показаться перед ней с другой женщиной и именно здесь, в полях, по которым раньше он ездил с Полянской. Он знал, что говорят о нем и графине в обществе и подозревал, что от Ольги не утаилась эта сплетня.
— Николя! Ты ли это! Ну, здравствуй, князь! — нарочито радостно поприветствовал Борис, как только они поравнялись.
Николя тоже, в свою очередь, поприветствовал обоих, при этом, не спуская глаз с Ольги. Он живо поймал на себе ее затравленный взгляд, залюбовался ей, понял, как скучал и только потом спохватился и представил свою даму:
— Графиня Анна Георгиевна Квилецкая. Гостят в нашем доме. А это, — Албашев указал на бывшую невесту и знакомого, — Борис Аркадьевич Заленский — поэт, и Ольга Андреевна Полянская — наши соседи.
— Очень приятно, — отозвалась графиня.
Настроена она была дружелюбно. Мягко улыбнулась Борису, не задержав, правда, на нем особого внимания, и кивнула Ольге, внимательно посмотрев на нее. Глаза их встретились, и Полянская поняла — ее изучают, а значит, скорее всего, и знают о ней все. Это мысль настолько возмутила девушку, что эта улыбчивая, красивая женщина, заменившая Николя ее саму, стала ей ненавистна. Ольга едва сдерживалась, чтобы не сказать что-нибудь резкое. Пыталась подобрать приветствие, придумать что-то оригинальное, но в итоге просто высказала ту фразу, что первой пришла ей на ум:
— Ах, да. И мне! Мне тоже очень приятно. Ровно настолько, насколько приятно видеть бывшей невесте нынешнюю, — Оля неестественно рассмеялась. — Хотя это все глупости, не правда ли, Николя? Ведь теперь мы просто соседи и не имеем ничего сказать друг другу.
Ольга смерила Албашева тем презрительным взглядом, который должен был объяснить ему сразу и как она зла, что он ни разу не приехал объясниться, и как горько ей, что у него теперь есть другая и даже то, как она разочарована, что дружбы теперь меж ними нет. Ведь об этом она никогда не просила. И всего-то хотела найти истинную любовь, которую, теперь по всему видно, он ей дать не мог.
Либо эта буря эмоций так явственно отражалась на лице Полянской, либо Николя слишком долго ее знал, но только он сразу понял, что именно она хотела ему сказать и, где-то даже почувствовал себя виноватым в том, что она так несчастна.
Тем временем Ольга уяснила себе, что до Албашева вполне дошел весь смысл ее взгляда, кивнула графине на прощанье и развернула кобылу в сторону дома. Поскакала вперед быстрее ветра. Анна Георгиевна рассмеялась, кокетливо прикрывая рот изящной ручкой в белой перчатке.
— Так вот она какая, девушка, что забрала ваше сердце? — спросила графиня у Николая, когда Ольга уже не могла ее слышать.
Она ничуть не обиделась на Полянскую, в большей степени от того, что действительно много о ней слышала и успела полюбить за этот ее необузданный норов.
— Думаю, однажды мы подружимся, — предположила она, но Николя, чувствуя неудобство за поведение Ольги, сомнительно покачал головой.
— Не уверен, что такое возможно.
— Я умоляю вас, князь. Она ревнует, да и только. Когда перестанет видеть во мне угрозу, все переменится.
Борис все еще стоял с ними, смотрел вслед уезжающей княжне и не торопился ее догонять. Первое, ему не очень-то хотелось теперь оказаться там, где она — он знал, если Ольга злится, то лучше переждать. А второе, его смутили слова новой невесты Николя. Если Полянская и вправду ревнует Албашева, то как-бы чего не вышло не по плану, тогда срочно придется менять тактику и из ожидания переходить в наступление.
Николай заметил, что Борис отчаянно о чем-то думает. Взгляд его показался Албашеву недобрым и потому он решил поговорить с ним по душам.
— Анна Георгиевна, — попросил Албашев, — ничего, если мы с Борисом Аркадьевичем переговорим наедине?
Графиня второй раз за эту встречу взглянула на Заленского, благодушно махнула Николя рукой, позволяя делать, что ему пожелается, и поехала дальше к лесу, продолжая прогулку.
— Как Ольга?
— А тебе зачем знать, князь? Хорошо она. Надеюсь, вот получить ее расположение. Думаю твое место занять, — усмехнулся Борис, специально употребляя «ты», словно они старые друзья. — У тебя вон новая невеста, чего бы и Оленьке не раздобыть нового жениха.
— Невеста? — переспросил Николя растерянно, понял, что Борис имеет в виду графиню, и отчаянно замотал головой, — ну что ты! Как можно было подумать!? Нет, отец и мать были бы не против… Но нет… И она знает, что не бывать этому. Она друг мне и только.
— Ну-ну… — усмехнулся Заленский, — что не красавица, так у тебя в друзьях.
— Ты и Ольге передай, что графиня мне никто, — продолжал о своем Николя.
