– Мы вместе с Эдувихис и Хенаро похоронили Марисоль. Самуил… Самуил, вы хорошо себя чувствуете? – встревоженно спросила Селена.
– Да… да. Это все моя тахикардия, она порой доставляет беспокойство. Ничего страшного… – ответил хозяин, глотая таблетку.
– Вы очень бледны. Я позову Летисию.
– Нет, прошу вас, не надо. Через пару минут я буду в порядке. Расскажите мне все, что знаете.
– К чему подробности? Это просто зверство. Надеюсь, Анита никогда не узнает, как умерла ее мама. Но она должна знать, что больше ее не увидит, – взволнованно сказал Фрэнк, потирая лоб.
– И кто ей скажет? Я не смогу, – пробормотал Самуил с дрожью в голосе. – Но девочка не может жить ожиданием, как я в ее годы. Удар будет тяжелым, но он неизбежен.
– Почему бы нам не подождать? – предложила Селена. – Хотя бы немного – Анита еще очень ранимая, ей нужно время. Она привыкнет к этому дому, преодолеет свою травму. Забота и помощь психолога…
– Селена, вы заблуждаетесь. Нельзя преодолеть травму, можно лишь научиться с ней жить, – перебил старик.
– Сейчас я тоже не могу ей сказать. Она только-только зажила нормальной жизнью. Вы с Летисией приняли ее в семью, окружили заботой, скоро она пойдет в школу, у нее появятся друзья… Как мне рассказать ей о матери?
– Если вы не против, давайте дождемся, когда удовлетворят запрос о предоставлении убежища. Теперь есть доказательства, что Анита сирота, это все меняет, – заметил Фрэнк.
– А пока мы с Летисией будем готовить ее к разговору. Правда, не знаю как, но мы попробуем, – произнес Самуил, который понемногу начал приходить в себя. – На вас юридическая сторона дела. За остальное отвечаем мы с Летисией. С нами Анита в безопасности.
Однажды в субботу, когда Самуил и Анита разбирали на фортепиано сонатину, в «зачарованный дом» пришли, как это часто бывало, Селена и Фрэнк. Пандемия еще не кончилась, но, поскольку большинство людей сделали прививку, жизнь вернулась в нормальное русло и стало можно ходить в гости. Селена переехала в Сан-Франциско и училась в Юридическом колледже Гастингса. Самуил, Летисия и Анита стали ее семьей. А Самуил, в свою очередь, нашел в ней любящую дочь, какой никогда не была Камиль. Селена не могла жить вместе с ними в Беркли, как ей не раз предлагали, потому что это было слишком далеко от университета.
Отношения между Селеной и Фрэнком оказались глубже, чем представлялось обоим, но девушка настояла на сохранении независимости. Селена не жила в просторной квартире Фрэнка, а снимала комнату в студенческом квартале. Она знала, что Фрэнк может быть таким же властным и ревнивым, как Милош, хотя это проявлялось и не так открыто.
– Я тебя тренирую, и это займет много времени, потому что работы еще непочатый край, – говорила Селена, а Фрэнк смеялся, хотя в глубине души понимал, что это не шутка.
Столь же решительно Селена отвергла его предложение о создании совместной фирмы:
– Так не пойдет, Фрэнк, в конечном итоге я буду делать всю работу, а тебе достанутся слава и признание.
По субботам в доме у Самуила все собирались на
В ту субботу Фрэнк и Селена впервые увидели Аниту после трансплантации роговицы. Девочке только что сняли повязку, которую она носила три дня. По словам врача, операция прошла успешно, и он надеялся, что клетки приживутся хорошо. Обычно Анита встречала гостей в шортах или брюках, но на этот раз вышла в сшитом Летисией праздничном платье.
– Мне приходится носить очки и нельзя тереть глаза. В сентябре я пойду в школу. В обычную, не для слепых, – сказала Анита.
– Наша девочка пойдет в четвертый класс – из-за возраста, но она вполне подготовлена и к пятому, – добавил Самуил.
– Сейчас я вижу нечетко, но потом зрение улучшится, – сказала Анита и вместе с Пако отправилась на кухню помогать Летисии.
