Коты дрались с каким-то особым неистовством и даже, можно сказать, с упоением, а растерянный Ветерок метался вокруг них, тщетно уговаривая драчунов перестать и разойтись. Ничего другого он, по правде говоря, и не мог предпринять…
В это время откуда-то сбоку раздался звонкий собачий лай и, обернувшись, Ветерок заметил небольшую лохматую собачонку, со всех ног мчащуюся к месту схватки. Наверное, это и была та самая шавка, которой оба котофеевича только что попрекали друг друга.
Коты-драчуны тоже заметили собачонку и их орущий и визжащий клубок распался в мгновение ока. И когда лохматая собачонка очутилась, наконец, на месте схватки, никакого «места схватки» уже не наблюдалось. Черныш Котофеевич и Рыжик Котофеевич дружно восседали на двух соседних берёзках, небольших, правда, но вполне достаточных для того, чтобы сделать обоих котофеевичей недосягаемыми для острых собачьих клыков.
Удостоверившись в своей безопасности, коты устроились поудобнее и принялись насмешливо следить за собачонкой, которая яростно металась от одного дерева к другому, прыгала, визжала и лаяла не переставая.
– Эй ты, шавка! – крикнул со своего дерева Черныш. – Не надорвись!
– Я не шавка! – яростно завопила собачонка и, поднатужившись, прыгнула так высоко, что Черныш невольно подобрал лапу. – Я – Снежинка!
– Снежинка? – залился Черныш издевательским хохотом. – Ой, не могу!
Лохматая собачонка и в самом деле мало походила на снежинку. Её грязно-серая свалявшаяся в комки шерстка была к тому же ещё и «украшена» в разных местах множеством высохших репейных шишек.
– Да какая ты Снежинка! – встрял в разговор и Рыжик. – Ты, скорее, Грязинка! Или, Чумазинка!
– Или Блошиное убежище! – добавил Черныш и оба кота захохотали так дружно, что трудно было представить, что эти же коты всего несколько минут назад яростно тузили и царапали друг друга.
– Ну, всё! – завопила собачонка. – Вы меня, как говорится, достали!
Она обежала вокруг одной берёзки, потом совершила точно такой же круг около второй и, наконец, улеглась точно посерёдке между обоими деревьями.
– До ночи тут лежать буду! – мстительно тявкнула она. – Ночевать, если надо, останусь! Но вы у меня, как говорится, попляшете!
«Как можно плясать на ветке?» – недоуменно подумалось Ветерку… впрочем, он тут же понял, что слово «попляшете» собачонка произнесла (вернее, протявкала) не в прямом, а в переносном смысле этого слова. В том, что покажу вам, мол, где раки зимуют!
Впрочем, оба котофеевича всерьёз угрозу собачонки не восприняли. Наоборот даже, кажется, она их здорово развеселила.
– Ой, как страшно! – притворно завопил Черныш. – Ой, боюсь, боюсь, боюсь!
– И я боюсь! – так же притворно замяукал Рыжик. – Боюсь блох от неё нахвататься!
– Зачем вы её дразните? – укоризненно воскликнул Ветерок, подлетая поближе к берёзкам. – Как вам не стыдно?
– Здрасте-пожалуйста! – отозвался Черныш. – Она нас на деревья загнала, эта шавка… и нам же ещё стыдно должно быть!
«А и в самом деле! – невольно подумалось Ветерку. – Чего она, в самом деле, за ними гоняется?»
Спустившись пониже, Ветерок подлетел к самому носу лохматой собачонки.
– Здравствуйте! – вежливо проговорил он. – Будьте так добры, скажите мне…
– Уйди! – даже не дослушав Ветерка, затявкала на него собачонка. – Вернее, улети! Слушать тебя не желаю!
– Но почему? – искренне огорчился Ветерок.
– А потому! – сердито тявкнула собачонка. – Потому, что ты с этими обзываками дружишь!
– Я со всеми могу дружить, – сказал Ветерок. – И с тобой, если только пожелаешь!
– Обойдусь! – вторично тявкнула собачонка. – И вообще, что ты ко мне привязался?
– А зачем ты котов обижаешь? – спросил Ветерок.
– А затем, – тявкнула собачонка в третий раз, – что они меня обзывают по-всякому!
«Действительно, обзывают, – мысленно вынужден был признать правоту этих слов Ветерок. – И действительно, по-всякому…»
Он вновь подлетел к котам на ветках.
– Она гоняется за вами только потому, что вы её по-всякому обзываете, – сообщил котам Ветерок, обращаясь одновременно и к Чернышу, и к Рыжику. – И только по этой причине!
– А мы обзываем её потому только, что она за нами гоняется! – мяукнул Черныш. – И тоже только по этой причине!
«Какой-то замкнутый круг получается! – мысленно вздохнул Ветерок. – Коты обзывают собачонку потому, что она за ними гоняется… ну, а собачонка гоняется за котами из-за того, что они её обзывают!»
– Она нам драться мешает! – добавил Черныш с горечью.
– Точно! – подтвердил и Рыжик. – Вот как только соберёмся хорошенько подраться, эта шавка…
– Я не шавка! – снова залилась яростным лаем собачонка под деревом. – Я – Снежинка!
Но коты на этот раз даже внимания не обратили на беснующуюся внизу собачонку. Ветерок тоже, не до того ему было…
– Подождите, подождите! – торопливо проговорил он, поглядывая попеременно то на Черныша, то на Рыжика. – Я что-то не совсем понял! Вам что, так нравится драться.
– Конечно! – сказал Черныш. – Или, выражаясь по научному, факт!
