На втором этаже оказался ещё один холл, где стояли разнообразные тренажеры, на стене висел плазменный телеэкран, а напротив был выход на просторную лоджию, которая размещалась над верандой. Ещё одна лестница вела на мансардный этаж. Открыв указанную дверь, Павел присвистнул. В его распоряжение предоставлялась комната, в которой могла разместиться вся его предыдущая квартира. За окном угадывался отдельный балкончик, выходящий во двор, к нему примыкала кровать-аэродром, с торшерами-часовыми по краям. У стены напротив кожаный диван с парой таких же кресел, рабочий стол с компьютером. Заветный санузел оказался просторной ванной комнатой, блиставшей крупнолистовым кафелем высшего качества, двумя десятками вмонтированных в потолок ламп и дюжиной зеркал разных форм. Словцов поймал себя на мысли, что нисколько не завидует всему эту комфорту и великолепию, просто подумалось, что так могло бы жить большинство граждан огромной богатой страны, если б незначительная самая наглая и, скорее всего, самая подлая его часть не хапнула путём махинаций себе общенациональное достояние. С другой стороны, Павел прекрасно знал, что любое накопление не имеет никакого смысла. Об этом ему захотелось поговорить с Верой, узнать её реакцию. А пока он спросил себя, имеет ли моральное право на дальнейший осмотр дома, но предпочел, не раздеваясь, плюхнуться на кровать и быстро забылся коротким и глубоким сном.
— Уважаемый поэт, вас ждут на кофе в гостиной, — услышал он и открыл глаза.
На пороге его комнаты бесцеремонно красовалась Лиза.
— Вера Сергеевна сегодня пораньше с работы освободилась, видимо ради вас, Павел Сергеевич, — с явной издёвкой пояснила она, — ей не терпится с вами увидеться.
— Спасибо, Елизавета, как вас там по батюшке?
— Лиза, просто Лиза. Я же прислуга.
— Если вас так смущает ваш социальный статус, то к чему оставаться на такой работе? Я тут тоже на условиях найма, — сказал Словцов и демонстративно направился в ванную.
Ополоснув лицо, он спустился в гостиную, там было пусто. Вера появилась через пару минут, одетая в спортивные брюки и просторную футболку. При этом она на автопилоте, засунув руку в широкий рукав, как фокусник вытащила из него бюстгальтер. Под футболкой прыгнули ягодки сосков. Павел слегка опешил от такой непосредственности.
— Прости, — Вера поймала его взгляд, — просто я дала себе слово вести себя так, как обычно веду себя дома.
— Да нет, ничего, просто я подумал, а вот трусики также через одну штанину нельзя вытащить?
На минуту Вера замерла, пытаясь вникнуть в смысл его фразы и определиться, как относится к такому свободному выражению мыслей, а потом засмеялась. В конце концов, она рассчитывала, что «интерьер» будет остроумным.
— Мне определённо нравится твоя ирония. Оригинально. Сейчас будет кофе, — она демонстративно бросила бюстгальтер за одну из дверей, — а потом ужин. Я сегодня читала твои стихи, подбросили сборник да в Интернете накопали. Хочу спросить — почему ты бросил писать?
— Я не бросил, бросают пить или курить, я просто переместился в иные обстоятельства. Депрессия. Ленивый ум не посещает вдохновение, как говорил великий Пушкин, но и вымучивать из себя пусть даже причёсанные, умелые строки сродни получению огня посредством трения, когда у тебя в кармане зажигалка. Просто в ней кончился газ. Надо заправить.
— Что для этого нужно? Впечатления? Муза?
— На этот вопрос нет точного ответа. Может, ангел должен махнуть крылом…
— Поэтично.
В гостиной появилась Лиза с двумя чашками кофе. Поставила их на стеклянный стол в центре и спросила:
— Бутерброды подать или всё-таки подождёте ужина?
— Ты как, Павел? — переадресовала вопрос хозяйка.
— Пока обойдусь кофе.
— Я буду готовить по желанию или по графику? — с выпяченной обидой спросила Лиза у хозяйки и тут же вышла, а Павел спросил шепотом:
— Не боишься, что тебя когда-нибудь отравят?
— Нет, — улыбнулась Вера, усаживаясь в кресло напротив, — если со мной что-нибудь случится, она останется ни с чем. Напротив, с каждым годом моей жизни пособие Лизы и её пенсия в процентном отношении растут. А уж её меркантильность способна приглушить в ней любую ненависть.
— Умн
— Напротив, банально.
— Но почему тебе пришло в голову нанять на работу любовницу своего мужа?
