— По поводу кайфа я переборщил, конечно, — сказал Хил, усевшись на диване и приобняв Эштона. — Эффект близко не стоит ни по силе, ни по сути. Я с басов в медитацию ухожу. Как в клинике время коротал в палате, только гораздо быстрее за счет ритмичных сабвуферов. Тем более, когда один на танцполе.
— Ты был не один, — Эштон упал на диван. — Там вообще-то я еще был, если ты не заметил. Но выглядел ты на самом деле жутковато. Один в трансе среди танцующей толпы.
— Тебя уже не было, — смешливо хмыкнул Виктор, зарывшись любовнику пальцами в волосы и покачав головой. — Ты отключился. Я буду контролировать себя, — пообещал он затем, — и “уходить в транс” там, где не буду выглядеть жутко.
Эштон дернул плечами — мол, да похуй. В принципе, Виктор его пугал только тогда, когда съезжал крышей. В остальном было все равно.
Выпитый алкоголь уже не давал в голову, клонило больше в сон и парень съехал по дивану немного вниз.
Виктор спад энтузиазма у любовника заметил и, чуть притянув его к себе, предложил поехать домой. Свежий воздух должен был немного привести в чувство обоих — Хил сам уже все больше и больше “залипал” на басах, перестав слушать высокие мотивы.
— Поедем к тебе, например, — предложил он, рассудив, что родной дом Эшу будет более приятен, учитывая короткую, но явно напрягающую жизнь в клинике. — Там можем еще выпить.
С одной стороны, Эштону уезжать не хотелось. Все же он черт знает когда попадет снова в Руно. С другой, он явно медленно отключался, что было верным знаком ехать.
— Хорошо, — кивнул он, поднимаясь. — Поехали. Завтра обратно в клинику?
— Да, — кивнул Виктор, поднимаясь следом, — под вечер. Она тебя все же сильно напрягает, верно?
— А как ты думаешь? — обернулся к нему парень.
— Если бы я действительно знал, я бы не спрашивал, — вздохнул Виктор. — Это можно считать ответом?
— Я терпеть не могу больницы. Клиники для наркоманов входят в ту же категорию, — фыркнул Эштон, махнув рукой Мартину в знак прощания, но тот не обратил внимания. — Даже если мне нужно в них просто находиться.
— Хуже, чем я полагал, — хмыкнул Виктор. — Тогда будем надеяться на лучшее. Николсон мастер плести языком и строить планы, думаю, он договорится, чтобы твое присутствие было все-таки необязательно.
— С чего вдруг такие поблажки?
Эштон обернулся. Они уже были на улице и говорить можно было спокойно.
— С обещания тебя не покалечить, — выдохнул Виктор пожимая плечами.
— Я не думаю, что клиника меня покалечит в том смысле, в котором ты имеешь в виду, — пожал плечами Эштон, подходя к машине.
— Ты почти сбежал, — ответно пожал плечами Виктор. — А я не знал, что делать. Я боюсь, что рано или поздно все станет слишком критично, и я не смогу тебя остановить. Ты ведь сам сказал, если тебе что-то взбредет в голову, оно взбредет разом. Ты не сможешь предупредить меня, не расскажешь. Ты просто сотворишь хуйню. Я не могу так рисковать. Если только это не будет единственным вариантом. А пока есть вариант все-таки договориться. Ты разве не хочешь вернуться к привычной жизни? Не хочешь воспользоваться шансом выбраться? Официально.
— Естественно, хочу, — Эштон сел в машину и подождал, пока сядет мужчина, прежде чем продолжить. — Больше всего сейчас я хочу именно этого, а не сидеть в лечебнице, а если и выходить из нее, то только под чьим-то надзором.
Эштон вставил ключи в замок зажигания. — Но до этого говорил, что это невозможно сделать, что-то там про документы и так далее.
— Я говорил “невозможно, потому что они не хотят связываться”. Хотят, чтобы все было чисто, число больных совпадало со списками и еще какие-то внутренние нюансы. На момент моего разговора, они не хотели связываться категорически. Возможно, Николсон выведет их из этой категоричности. Это будет дорого, полагаю; чтобы предусмотреть взятки. Но это лучше, чем… Лучше, чем.
— Лучше чем что? — Эштон выехал на дорогу, но потом посмотрел несколько настороженно на Виктора. Его напрягала такая смена собственных убеждений.
— Я буквально минуту назад говорил об этом “что”, Эш, — устало вздохнул Виктор, расслабленно глядя за окно. — Понимаешь, то, что произошло между нами позавчера, не нормально для меня. По большей части, это из-за клиники. Я не могу оставить тебя в ней одного, но и быть рядом как-то плохо выходит. Плюс, если тебя там сорвет, это будет иметь худшие последствия, чем если сорвет дома. Я буду идиотом, если пойду на это, учитывая уже произошедшее. Если ты способен не принимать сам и не собираешься быть в этом слабым…
Виктор покачал головой.
— В общем, я действительно боюсь вероятных последствий. Если есть возможность их избежать, я заплачу за это столько, сколько будет нужно.
— У меня есть деньги, — Эштон поджал губы, упрямо щурясь. — Я сам способен за это заплатить, — проговорил он, хмурясь.
В конце концов, он зарабатывал гораздо больше Виктора в свое время. И не все деньги шли на развлечения и кокаин. Кое-что осталось на банковских счетах, а кое-что наличкой. Плюс были еще кредитки, что тоже можно было назвать каким-никаким, но капиталом, пусть и не собственным. — Скажи только сколько надо.
