— Да. Нехватка ее чувствуется острее, чем отсутствие глаза, честно говоря. Я почти стал левшой.
— Так теперь ты универсально можешь все делать двумя руками. Ищи плюсы, — хмыкнул Эштон, улыбнувшись. Он достал два стакана и разлил туда виски. И только после этого сел на свое место, приподняв в тосте свой стакан. — Ну что, за выздоровление?
— Единственный плюс для меня сейчас — зажившая правая рука, — отозвался Виктор, поднимая стакан. — Давай за выздоровление, — согласился он.
— То есть весь остальной месяц ты жил в жутком минусе? — уточнил Эштон, стукнувшись с ним стаканом и сделал глоток. Виски был крайне жестким — скорее всего, шотландским, потому парень чуть поморщился. Виски он уже давно не пил. Отставив стакан, он принялся за еду, продолжая тему. — А я думаю, что плюсов много. В первую очередь, ты чуть больше стал мне доверять. Ту же еду приготовить-разогреть, секс в позиции сверху. Это ведь плюсы, ты не думаешь так?
— Я говорил о плюсах на данный конкретный момент, — парировал Виктор, отпивая из своего стакана. — Ты вон под моим руководством готовить научился вполне сносно. Исключительно плюс.
— Для кого как. Я и без этого вполне бы неплохо обошелся, — фыркнул Эштон. Воспоминания о том, как он учился готовить были весьма относительно приятны, потому порезы ножом, ожоги от плиты и постоянный мат, стоящий на кухне никак не хотелось запоминать. Правда, помимо бутербродов он действительно научился готовить что-то более сытное и полезное.
— Но я бы без тебя не обошелся, — хмыкнул Виктор. — Я не могу питаться сухомяткой и в ресторанах, а одной рукой суп приготовить сложно.
Хил закопался вилкой в запеканке.
— Да и с плитой ты ругался так, что на ругань со мной сил уже не оставалось, — хмыкнул Хил, — разве не плюс?
— Зато сейчас у меня полно сил, — выразительно посмотрел на любовника Эштон, отреагировав на подкол. — В том числе и на ругань, так что не начинай.
Он снова отхлебнул виски.
— Но вообще есть, что вспомнить. Кстати, Мартин сказал, что возьмет меня в Руно на работу. Увы, не стриптиз показывать, как бы я сильно этого ни хотел, — парень хмыкнул. — Как тебе должность креативного директора и пиар-менеджера в одном флаконе?
— Солиднее, чем показывать стриптиз, — оценил Виктор, отпивая виски. Работа радовала. По крайней мере, должность была по профилю. Оставалось надеяться, что, находясь на рабочем месте, парень не будет очень уж злоупотреблять рядом находящимся залом.
— Справишься. А чем он аргументировал отказ в стриптизе? Ты ведь имел определенный успех.
— Вот именно, что определенный. Мартин сказал, что я не работаю с залом, его это не устраивает. Да и сказал, что я уже не в том возрасте, чтобы стриптиз показывать, — дернул плечами Эштон. Вообще, должность его более чем устраивала. Зарплата, конечно, обещала быть меньше прошлой, но зато раскручивать любимый Руно было гораздо ближе.
— Слишком стар для этого дерьма? — не удержавшись, хохотнул Виктор.
— Вроде того, — хмыкнул Эштон. — Дружба дружбой, но показывать на сцене Мартин будет то, чего хочет зритель. Так что все мои стриптизы отныне только твои. Можешь совсем расслабиться.
Виктор изобразил весьма похотливый взгляд, рассматривая Эштона, а потом с ухмылкой взялся за флакон, подливая спиртного и с удвоенным рвением поедая запеканку.
— Я расслабился, — кивнул он. — Правда, думаю, это не отменяет “разовых” выступлений, “человека из зала”, м?
— Не отменяет, — согласился Эштон. — Но люди из зала могут быть тоже разные. Твоя чечетка, кстати, покорила не только меня. Так что Мартин тебе еще предложит повторить.
— Заодно и ты на сцену выйдешь, — кивнул Виктор. — А если предложит, пусть предлагает.
Хил пожал плечами и опять приложился к стакану, отставив пустую тарелку.
— Не сказать, чтобы я очень проникся…
— Ты можешь отказаться, но Мартин человек настырный. Еще более упрямый, чем я, когда дело касается Руно, — предупредил Эштон, поднимаясь и составляя тарелки в раковину — тоже внезапно и недавно образовавшаяся привычка. — Но на сцене ты смотрелся шикарно.
— Я не очень проникся, но под настроение почему нет, — закончил фразу Виктор, хмыкнув. — Спасибо. Только если с предупреждением, — мужчина ухмыльнулся, вспоминая тот раз, — не хочу опять манжеты у тамады спрашивать.
— Хочешь подготовиться? — Эштон взял со стола бокал с виски и одним махом допил, чтобы долить еще и подойти плавной походкой к любовнику — словно подкрадывался. Уместившись на его колени, он обхватил шею Виктора руками и внимательно на него глянул.
— Признаться, даже я успел соскучиться по обеим твоим рукам.
Ладони Хила прошлись по бокам любовника, слегка задирая футболку, затем Виктор поднялся выше, будто изучая на ощупь тело Эштона. Тем он и занимался, нагоняя упущенное.
— Неужто надоело быть сверху? — полюбопытствовал мужчина, дойдя ладонями до плеч любовника, а затем сцепив пальцы замком за его шеей.
Эштон наклонил голову набок, усмехнулся и хмыкнул.
