Он указал на стену, там раскрылась щель в торговый зал. Я понял, что разговор закончен, и направился в проем, но кур’лык остановил меня:
— Еще совет. Даже два. Не давайте непрошенных советов, на Сидусе это не принято. Я нарушаю неписаное правило только потому, что не хочу, чтобы мы лишились еще одного «первого своего вида». Последний совет — объясните всем членам своей семьи, чем чреваты нарушения правил. Вы, как лидер группы, несете ответственность за каждого. Их проступки — ваши проступки. Не держите в группе тех, кто несет потенциальные проблемы. Выбрасывайте порченные яйца из гнезда до того, как они заразят гнилью остальные.
— Но Шакир — еще ребенок.
— Не по законам Сидуса, — возразил кур’лык. — Прибыл сюда — значит, готов нести ответственность.
Когда я вышел, в зале осталась только Крисси. Она вопросительно глянула на меня, а я покачал головой, не желая ничего объяснять.
— Где остальные?
— Заскучали и пошли в соседнюю лавку. Ты чего так долго?
— Спасал нас от изгнания с Сидуса, — ответил я. — Какого черта Малыш взял вольтронский тазер и вынес его наружу? Продавец обвинил нас в краже!
— Не было никакой кражи! — распахнула глаза девушка. — Просто взял в руки посмотреть, а потом решил опробовать на таракане на улице!
— Каком еще таракане?! — разозлился я.
— Ну там, на улице, бегают такие здоровые, размером как крупная собака! Мы с Юто и Хоуп пытались Шака остановить, но куда там! Он же здоровый! Вежливо отодвинул нас и вышел, да еще сказал, что за уничтожение вредителя нас наградят! В общем, Малыш выстрелил, но оружие не сработало. Он потыкал всякие кнопки, ничего не вышло, а там и таракан сбежал. — Крисси пожала плечами.
— Вам повезло, что оружие не работает без привязки к владельцу, — сказал торговец, оказавшийся за моей спиной. — Попытка атаковать гражданина Сидуса — гарантированный отрицательный баланс. Даже с учетом того, что навредить ваш глупый хомо каккерлаку все равно бы не смог.
«Каккерлак — разумный инсектоид с Гезельса, — подтянул мозг информацию из Кодекса. — Раса известна активной экспансией в самых разных участках галактики».
Похоже, Крисси тоже прочитала про «таракана» и побледнела.
— Не забывайте мой последний совет, хомо Картер Райли, — сказал кур’лык Анак Чекби. — Иначе не проживете на Сидусе и сотни тиков…
Кивнув ему, я вышел из магазина и встал рядом с недовольным Ирвином.
Крисси вышла следом и заглянула в соседнюю лавку с экипировкой, чтобы вытянуть оттуда Юто и Малыша.
Ирвин поозирался, потом придвинулся ко мне и озабоченно прошептал:
— Парнишка этот, Шакир, совсем глупый, не натворил бы делов. Мисс Сауэрбранн и мистер Эндо, чего скрывать, солдафоны, невысокого полета птицы. Мисс ван де Вивер, думаю, и вовсе нет смысла считать своей — пособница террористов! Держали бы вы с ними ухо востро, Картер!
Я недоуменно посмотрел на него, похлопал по плечу и сказал:
— Так я такой же солдафон, Ирвин. Крисси шантажировали, а Малыш… с ним я поговорю. На крайний случай у меня есть бдительный и подозрительный вы. Так что не волнуйтесь. А сейчас улыбнитесь, потому что сюда идут Юто, Малыш и Крисси, пусть думают, что вы рады их компании.
Он криво улыбнулся, покачивая головой и продолжая что-то ворчать.
Я перевел взгляд на друзей. Малыш, шедший с пустыми руками, вдруг отстал и вернулся в лавку. Снова вышел, только уже с клеткой с Тигром.
Почти одновременно из магазина человеческой одежды напротив вышла Хоуп. Она возбужденно начала рассказывать о вечных джинсах и всепогодном плаще, который превращается хоть в пальто, хоть в футболку, но замолчала, заметив, что мы не разделяем ее восторга.
Я рассказал о беседе с кур’лыком Анаком Чекби, умолчав об артефакте Предтеч, и пристыдил Малыша. Он пытался оправдываться, но как-то по-детски, мол, не хотел, не подумал, и вообще, он не специально.
После произошедшего доверять ему подарок Микки было глупо, поэтому я отобрал у него клетку с Тигром, сказав:
— Ненадежный ты хомо, Малыш Шак. Хомяк дорог мне как память о Микки, моей дочери. А ты его чуть не потерял! Ты зачем каккерлака пытался подстрелить?
— Мистер Райли! Я же не нарочно! Оставьте мне Тигра, я больше вас не подведу! Клянусь!
— Верю, — сказал я уже мягче. — Но хомяка понесу сам.
Его толстые губы задрожали, но я был неумолим. Окинув взглядом притихших товарищей, сказал:
— Идем дальше.
Еще часа два мы бродили по Галактическому рынку, который будто перенесся из другого мира, был шумным и пестрым, как восточный базар. Сознание все еще не до конца принимало реальность, уж слишком она была фантастичной. Пару раз, не веря своим глазам, я даже пытался себя ущипнуть, боясь, что сплю, но смысла в этом не было — на Сидусе невозможно навредить даже себе.
