- Отметьте меня и я поеду приведу себя в порядок. Сможете отрядить кого-нибудь, чтобы забрал от меня лошадь и отвел на конюшню?
- Конечно! - префект подошел к сейфу и достал оттуда браслет, приложил к клейму на руке девушки. - Остальное я сам запишу, все твои данные у меня. Иди отдыхай.
Кивнув в ответ она молча вышла на улицу и по счастью не встретив никого из жителей дошла до дома. Знакомая терраса и рассохшаяся дверь ничего не всколыхнули в душе. Машинально привязала лошадь к столбу, сняла с неё сумки и вошла внутрь. Комната Росция, как и её собственная пустовали. Удивительно, но она только сейчас вспомнила о наставнике. Казалось, отсутствовала не месяц с лишним, а как минимум пару лет. Все вокруг виделось знакомым и чужим одновременно. Одежда в шкафу словно принадлежала кому-то другому, на кровати спала какая-то другая Мария, не она. Закинув сумки в угол медленно разделась, пощупала новый красный шрам на плече и пошла в душ. С остервенением терла себя мочалкой и пыталась заплакать, но вместо слез по лицу текла просто вода. Засевший в груди ком никуда не уходил, налился каменной тяжестью и давил, давил, давил. Девушка ударила по стене кулаком, двумя, прислонилась лбом и ударилась уже головой. Еще и еще. Не помогло.
Обмотавшись полотенцем мокрым приведением выползла из ванной комнаты и услышала шаги. У входа в дом стоял Росций. Оба застыли: она вполоборота, он сжимая в руке отстегнутый с пояса ремень с кобурой. Длившаяся мгновение немая сцена прервалась от звука падения оружия вигила на пол. Мужчина метнулся к Марии и сделал то, что она от него никак не ожидала, крепко обнял, вдавливая в себя. На секунду опешив она попыталась вырваться сначала несмело, потом сильнее, но Клавдий не отпускал, одной рукой прижимая за спину, второй за голову. Забившись девушка упиралась ему в грудь, сопротивлялась, чувствуя нарастающее давление в груди. Оно поднималось вверх, разливалось по телу спасительной дрожью и облегчением. Сама не заметила как по лицу потекли слезы, их становилось все больше и больше, рот скривился и она зарыдала. Подвывая раненым зверем и закусывая губы Мария обмякла в руках Росция не в силах остановиться. Все напряжение, вся боль, накопившаяся глубоко внутри, разом вырвались наружу.
Почувствовав, что она больше не вырывается, Клавдий отвел девушку в комнату, усадил на свою кровать и поспешил сунуть ей в руки фляжку с aqua ignis. Все еще плачущая она подрагивающими руками поднесла горлышко ко рту и стуча по нему зубами сделала большой глоток. Немного подумав вигил отнял у неё флягу и сам приложился. Скривился, выдохнул и снова предложил Квинтиус. Та выпила почти все, немного успокоилась и отерла лицо.
- Рассказывай, - попросил он.
- На мне клятва, - начала она и замолкла.
- Я знаю, - тихо сообщил Росций и приготовился ждать, в таком состоянии торопить её с рассказом не имело смысла.
- Из нас вернулось всего четверо, - глухо сказала она и уставилась в пустоту.
Медленно и тягуче Мария вытягивала из себя скупые фразы по-прежнему не смотря на Клавдия. Он прекрасно знал о клятве, поэтому не уточнял и составил картину из доступных крох сведений. Новость о фалере хорошо выбила его из колеи. Вспомнив случаи, за которые её давали не легионерам, Росций помрачнел еще сильнее. Одна только фраза о четверых выживших давала понять об опасности задания, фалера же сообщала, что балластом для бойцов во время его выполнения Мария не стала. Еще несколько раз всхлипнув девушка заснула у него на плече и вигил отнес её в комнату. Укладывая в узкой кровати против воли скользнул взглядом по обнаженному телу и замер увидев жуткие шрамы.
Вместо того, чтобы отдохнуть после патрулирования, как и планировал, Росций пошел к префекту. Не известно, что ему было нужно, но крики вигила и Пекориса были слышны на всю улицу, правда, слов никто разобрать не смог. После этого расхристанный и мрачный Клавдий направился в лавку Кенны, где, предъявив разрешение префекта, потребовал у женщины последнюю бутыль самогона, что осталась после отбытия легионеров. Проводив посетителя она не изменяя своей охочей до чужих тайн натуре осторожно последовала за Росцием и увидела как тот зашел в дом медика, где и пробыл до утра. Услышать сплетнице, правда, ничего не удалось, на все попытки подслушать эфир щипался и недовольная Кенна с покрасневшими ушами отбыла восвояси.
