Именно от этой истории «растут ноги» и у обвинений Бута в деловых связях с либерийским диктатором Чарльзом Тейлором, знакомство с которым сам россиянин неоднократно и категорически отвергал. Дело в том, что, придя к власти в Либерии в 1997 году, Тейлор стал активно вмешиваться в гражданский конфликт в Сьерра-Леоне, поддерживая местных боевиков из повстанческого Объединенного революционного фронта (ОНФ). В частности, он снабжал повстанцев ОРФ деньгами и оружием в обмен на незаконно добытые алмазы. Именно это обстоятельство дало возможность западникам, в ходе развязанной ими информационной кампании по очернению россиянина, связать Бута как с Тейлором, так и с торговлей «кровавыми алмазами». Как уже отмечалось, подобные обвинения тиражировались западными СМИ и, видимо, целенаправленно продвигались через подконтрольных «экспертов» ООН, таких как Йохан Пелеман. Разумеется, без каких-либо доказательств.
Что еще могло так сильно заинтересовать западные разведки в бизнес-деятельности Виктора Бута? Может быть, его деловые и личные связи в России? Едва ли, ведь к тому времени предприниматель уже несколько лет как покинул Москву и целиком сосредоточился на развитии своего бизнеса за рубежом. А вот характер деятельности его авиакомпаний, осуществлявших, среди прочего, и полеты в подсанкционные Ливию, КНДР (в частности, чартерные рейсы из Пхеньяна в Уганду) и Афганистан, конечно же, не могли не попасть в поле зрения ЦРУ.
Собрав нужную информацию на Бута, тщательно изучив его материальное положение и психологические особенности, западные спецслужбы приступили к реализации острого мероприятия — операции по вербовке заинтересовавшего их «объекта». Другими словами, Виктора хотели привлечь к конфиденциальному сотрудничеству с англосаксами. За вознаграждение или другие «бонусы».
Как рассказывала мне Алла Бут, всего к ее супругу было несколько так называемых вербовочных подходов. Была ли это совместная англо-американская операция или разведслужбы США и Великобритании действовали самостоятельно — заполучить эксклюзивного источника важной информации, очевидно, хотели, как в Лондоне, так и в Вашингтоне — сказать невозможно. Эта информация сегодня хранится в архивах западных разведок, и до появления очередного разоблачителя наподобие Джулиана Ассанжа или Эдварда Сноудена широкая общественность об этом едва ли узнает. Доподлинно известно лишь о том, что одна из попыток завербовать Виктора Бута была предпринята в Южно-Африканской Республике.
Впоследствии этот факт подтверждал и сам Бут. «В Африке начались проблемы, — рассказывал предприниматель в интервью газете «Коммерсантъ». — Ко мне, помню, стали приходить какие-то гонцы, особенно в ЮАР, делали непрозрачные намеки, что было бы неплохо, если бы я рассказал, что было в той стране, а что — в той. И обещали мне разные блага, если я вовремя буду делиться информацией»[48].
По словам Бута, этих людей интересовали закрытые сведения о властях ряда государств. Например о том, «кто летает на самолете с президентом Конго». На прямой вопрос о том, хотели ли его завербовать, бизнесмен ответил: «Да, потому что мы работали с ливийцами и, извините, с некоторыми другими странами, которые очень интересовали американцев. А после того как я отказался, появилось мнимое расследование ООН»[49]. Его, как было сказано выше, подготовил, вероятно, связанный с МИ-6 бельгиец Йохан Пелеман.
В другом интервью версия интереса иностранных разведок к Буту получила свое развитие. «Те люди, которые представляли разведки иностранных государств в Африке, видимо, посчитали, что Россия может выжить их из региона», — рассказывал Виктор читателям портала "https://www.gazeta.ru/"Газета. ru[50].
«За годы работы в Афганистане, в Африке и на Ближнем Востоке Виктор неоднократно и всегда резко отвергал предложения западных разведок, интересовавшихся его клиентурой и грузами, которые он перевозил. Он вел свой бизнес честно, никогда не обманывал партнеров, и никогда не совершал сделок, которые противоречили бы его принципам, — писала Алла Бут весной 2012 года в открытом письме о помощи, направленном президенту России Владимиру Путину. — Несмотря на то, что мой муж давно снял с плеч погоны, он всю жизнь остается тем, кем был всегда — российским офицером, радеющим за судьбы своих товарищей и подчиненных, преданным своей Родине, всегда готовым дать отпор ее врагам».