В России, разумеется, реакция была диаметрально противоположной. Так, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров назвал неправовым и политическим решение Бангкока. Глава российского МИД подтвердил, что Москва намерена добиваться возвращения Бута на родину. Слова Лаврова были подкреплены демаршем — на Смоленскую площадь вызвали посла Таиланда в Москве Чалермпола Танчита. Тайскому дипломату было сделано представление, в котором «заявлено о крайнем разочаровании и недоумении по поводу политически мотивированного вердикта таиландского апелляционного суда, который противоречит ранее принятому в августе 2009 года решению уголовного суда этой страны, отказавшего в экстрадиции Бута в США в связи с недостаточностью представленных американской стороной доказательств виновности российского гражданина»[126]. С этого момента дипломатический этикет, который диктовал необходимость подчеркнутого уважения к партнерам и четкое следование принципу невмешательства в судебный процесс, отошел на второй план. Теперь в МИД России констатировали, что дело Бута окончательно «переведено из правовой плоскости в сугубо политическую».
Удивительно, но сразу после принятого Бангкоком решения выдать россиянина в США несколько национальных телеканалов Таиланда одновременно и скоординировано начали поливать грязью Бута и что называется «промывать мозги» местному населению на счет него. Совпадение? Конечно же нет. В поставленных в эфир как по команде «новостных» сюжетах употреблялись одни и те же штампы: «бывший сотрудник КГБ», «нелегальный торговец оружием всемирного масштаба», «поставлявший вооружения движению “Талибан” и террористам во всех регионах мира». Как отмечал в этой связи собственный корреспондент РИА Новости в Бангкоке Евгений Беленький, который, по его словам, впервые за 20 лет работы в этой стране столкнулся с подобной информатакой, ни в одном сюжете не разъяснялось, что виновность российского бизнесмена не доказана, что ему предстоит отстаивать свою правоту на суде в США, и что таиландский суд решал только один вопрос в его отношении: передавать его властям США или нет. И конечно, ни в одном сюжете не говорилось и о том, что приговор, вынесенный 24 мая, три месяца «пролежал на полке», пока таиландские чиновники лицемерно уверяли своих российских коллег в том, что Апелляционный суд проявит в деле россиянина независимость и справедливость.
Что могла противопоставить семья Виктора тому, что профессионалы в области PR называют профессиональной кампанией по подрыву репутации (character assassination campaign) Виктора Бута? Защищаться приходилось обыкновенной правдой, доводя ее до общественности в ходе организуемых буквально на коленке пресс-конференциях в Москве и Бангкоке. От имени Виктора на них по большей части выступала его супруга Алла, которая изо всех сил пыталась достучаться до международного общественного мнения и объяснить реальные причины охоты США за Бутом. «Многие СМИ распространяют о нем информацию как о крупнейшем нелегальном торговце оружием в мире, не задумываясь над тем, что никаких доказательств этих утверждений не существует в природе. Все эти утверждения базируются на книге двух ангажированных журналистов [Д. Фара и С. Браун. —
Супруга бизнесмена даже после принятия решения о выдаче россиянина в США не опустила руки и в буквальном смысле билась за мужа. Она добилась встречи в парламенте Таиланда, направила в канцелярию премьер-министра этой страны открытое письмо на имя главы кабинета министров с просьбой беспристрастно рассмотреть дело ее мужа, а также разослала в ведущие газеты Таиланда и представительства мировых информационных агентств в Бангкоке опровергающие созданные американцами «мифы о Буте — оружейном бароне» справки. «Свой дизайнерский бизнес Алла полностью забросила, чтобы быть здесь со мной. Она в течение всего срока моего пребывания в тайских тюрьмах навещает меня каждый день, приносит еду и книги. Ей приходится арендовать квартиру-студию, практически — маленькую комнату с санузлом, недалеко от тюрьмы. На это, и на ее и мое питание, на ее авиабилеты и визы нужны деньги. А доходов ни у Аллы, ни у меня сейчас нет никаких. Нам помогает деньгами только мой брат Сергей, но и для него это немалая нагрузка», — рассказывал Виктор о финансовой стороне злоключений его семьи[128].
Переехала сегодня из гостиницы «Марвей Гарден».
Шестьдесят семь долларов в сутки. Кажется, немного. Но для меня и это стало неподъемно. Учитывая, что в гостинице я прожила около года. И сколько еще пробуду в Бангкоке, пока неизвестно.
Нашла студию, совсем рядом с тюрьмой, за 460 долларов в месяц, не включая электричество, воду и Интернет. Всего около 580 выходит. Большая экономия.