«К концу ноября для меня вполне ясно – на предстоящем Съезде народных депутатов смена премьера неизбежна… По здравом размышлении прихожу к выводу: можно, конечно, попытаться сохранить и после Съезда положение и. о. премьера с еще более ослабленной позицией, при нелояльном Центральном банке и враждебном Верховном Совете, но для дела полезнее добиться утверждения Съездом такого премьера, с которым можно перегруппировать силы и продолжить начатую работу. Предлагаю президенту выбрать второе. Рекомендую кандидатуру Юрия Рыжова, академика, российского посла во Франции. Президент отвечает: – Подумаем. И посмотрим, как пойдет Съезд…»
Гайдар понимал, что уровень противостояния исполнительной власти и депутатов зашкаливает. И надо быть готовым к тому, что Ельцин не сможет отстоять его во главе правительства. Значит, надо иметь в запасе другого кандидата, который гарантированно продолжит взятый Гайдаром курс. Однако, несмотря на все уговоры Гайдара, Рыжов твердо отказался баллотироваться. Как вспоминает Шохин, Рыжов тогда сказал: «Нет, ребята, я в эти игры не играю. Послом во Франции жить спокойнее».
Следующей кандидатурой был Владимир Каданников[3]. С ним предварительно успели познакомиться поближе. Шохин вспоминал: «Полетели всей компанией в Тольятти, на АвтоВАЗ, смотреть Каданникова. Совещание провели, по заводу походили, вернулись. Собрались на даче у Авена. Егор говорит: “Вроде годится. Приличный мужик, можно двигать. Понятно, не из нашей песочницы, но, кажется, совместимость есть”. Так и решили: наш кандидат – Каданников. А буквально накануне съезда Гайдар переигрывает: “Буду сам баллотироваться”. – “Ты же не пройдешь. И трудно предсказать, что получится в результате”. Как мы ни отговаривали, стоял на своем».
ЧВС Гайдаром и его командой не рассматривался. Это было бы слишком: его привел в правительство Ельцин на смену самому способному гайдаровцу – Лопухину. А теперь сам Гайдар будет предлагать его себе на смену… Понятно, что психологически к такому варианту Гайдар не мог быть готов. Впрочем, Гайдар привел другое объяснение того, почему не рассматривал кандидатуру ЧВС:
«К Виктору Степановичу Черномырдину отношение было намного сложнее. С того момента, когда через мою голову президент назначил его вице-премьером, у нас сложились нормальные рабочие контакты.
Он занимался своим комплексом, был человеком исполнительным, в общеэкономические вопросы не встревал и, на мой взгляд, неплохо справлялся со своими обязанностями. В премьеры, расталкивая других руками, не рвался и с самого начала сказал, что, если будет необходимо, – снимет свою кандидатуру.
Если бы случай возложил на него руководство российским правительством в конце 1991 года, до начала реформ, он, по всей видимости, повторил бы печальный путь Н. Рыжкова – в Союзе, И. Силаева – в России, В. Фокина – на Украине, В. Кебича – в Белоруссии, людей, близких ему по опыту работы, по ментальности. Все они так и не смогли разорвать пуповину, связывающую их с социалистической экономикой. Конечно, в конце 1992 года ситуация была уже принципиально иной, предстояло продолжать начатое, а не строить новое, и все же… Вспомнилось, с какой жесткостью В. Черномырдин еще в Газпроме привел к повиновению вздумавших играть в самостоятельность руководителей газодобывающих объединений. Для монопольной отрасли это был правильный выбор, но не решит ли он повторить его в России?»
Про схожий опыт работы ЧВС и названных Гайдаром премьеров все точно. А насчет ментальности можно поспорить. Очевидно, что с Рыжковым у ЧВС нет сходства – тот не ощущал с такой остротой необходимости перемен. С Силаевым – тем более. Тот досиживал до пенсии и не собирался делать никаких резких движений. Гайдар просто вписал ЧВС в удобную для себя схему, существенно упростив реальную ситуацию.
Кроме того, здесь у Гайдара несостыковка: у Каданникова, на которого делали ставку реформаторы, такой же директорский опыт, как и у остальных.
А. Н. Шохин и кандидаты в премьеры: В. В. Каданников, В. С. Черномырдин, В. Ф. Шумейко, Е. Т. Гайдар в зале заседаний VII съезда народных депутатов России. 7 декабря 1992
[РИА Новости]
Просто из двух кандидатов-«директоров», которые оба были за рыночные реформы, Гайдар остановил свой выбор на том, кто помягче. Кто представлялся более управляемым.
Назначение ЧВС на пост премьера стало итогом сложнейшей и острейшей политической борьбы – как публичной, так и закулисной.
VII съезд народных депутатов России открылся 1 декабря 1992 года. Депутаты знали, что президент намерен предложить парламенту на пост главы правительства кандидатуру Егора Гайдара. И не просто предложить, а твердо отстаивать ее.
