Не одн удачи, конечно, сопровождали жизненный путь великаго писателя. Въ 1596 г. его потрясла смерть единственнаго сына Гамнета (Гамлета). Литературное выраженіе печали объ этой утрат нкоторые изслдователи пробовали находить въ "Корол Джон", въ полномъ глубочайшей скорби рыданіи королевы Констанціи надъ трупомъ принца Артура. Но это едва-ли врно, потому что, повидимому, "Король Джонъ" написанъ раньше — около 1594 г. Въ 1601 г. умеръ отецъ Шекспира и опять, какъ нкоторые изслдователи хотятъ тутъ установить связь съ глубочайшею скорбію по отц, которая составляетъ узелъ трагическаго положенія Гамлета. Однако, и это сопоставленіе можетъ разбиться объ то, что сюжетъ «Гамлета» (1602) заимствованъ изъ старой пьесы (1589) Кида. Въ 1607 г. умеръ въ Лондон младшій братъ Шекспира Эдмундъ, тоже актеръ. Добрыя братскія чувства сказались въ томъ, что въ память усопшаго звонилъ большой колоколъ ближайшей къ «Глобусу» церкви Спасителя въ Соутворк, что стоило Шекспиру не мало — 1 фунтъ, т. е. по ныншнему рублей 80. Въ 1608 г. умерла мать Шекспира.
Нкоторые изслдователя Шекспира, придающіе чрезмрное значеніе роли личныхъ переживаній Шекспира въ исторіи его творчества, считали себя вправ предположить какія то очень мрачныя событія въ жизни великаго писателя, относящіяся къ самымъ послднимъ годамъ XVI столтія и къ первымъ годамъ ХVІІ столтія. Этимъ они хотятъ объяснить мрачную и мизантропическую окраску пьесъ, написанныхъ между 1599–1609 гг.: "Какъ вамъ это понравится" (As you like it), "Юлія Цезаря", «Гамлета», "Троила и Крессиды", "Отелло, "Мра за мру", «Макбета», "Лира", "Тимона Аинскаго". Едва ли, однако, есть возможность поддерживать эту точку зрнія въ настоящее время, когда новйшая шекспирологія собрала такъ много, хотя и очень мелкихъ фактовъ, но въ общемъ вполн обрисовывающихъ намъ великаго писателя со стороны его очень великой практичности. Какія это, спрашивается, особенныя несчастія могли такъ мрачно настроить Шекспира? Смерть отца въ 1601 г.? Но вдь смерть единственнаго сына не помшала ему создать черезъ годъ самое жизнерадостное изъ своихъ произведеній — эпопею Фальстафа. Могли, конечно, имть мсто какія нибудь такія интимныя событія душевной жизни Шекспира, которыя не оставили никакого слда въ біографическихъ извстіяхъ о немъ, врод, напримръ, таинственной "Черной дамы" сонетовъ (см. дальше). Но какъ же, однако, сочетать въ одно представленіе міровую скорбь и разбитыя иллюзіи съ тмъ, что одновременно съ «Гамлетомъ» Шекспиръ съ присущею ему осмотрительностью и тщательностью былъ занятъ пріобртеніемъ новой земельной собственности? Какъ, наконецъ, соединить въ одно
