А потом закатное солнце окрасило серебряное небо перламутром. Чарльз произнес короткую прочувствованную речь и попросил ее зажечь факел. Первый из тысячи с лишним по всей Великобритании и в Гибралтаре, начиная с живописного ряда озаряющих сумерки факелов вдоль Длинной аллеи. Это зрелище напомнило ей о праздновании победы во Второй мировой войне, о том, как со времен Армады в королевстве передавали вести. Сэр Саймон сообщил, что свыше четверти миллиона человек поздравили ее в Твиттере. Слава богу, что не прислали открытки.
Она хотела, чтобы юбилей прошел без лишней шумихи, и страна, как могла, постаралась без лишней шумихи обойтись. День получился утомительным, но приятным. Как замечательно провести его в Виндзоре. Она словно разделила радость со всем городом, и все горожане пришли к ней на праздник. Теперь же настала пора ужина в замке — в духе Чарльза, то есть стол на семьдесят персон в зале Ватерлоо, море цветов и множество забавных речей. Оставалось надеяться, что на этот раз поутру никого из гостей не обнаружат мертвым.
Если бы Путин желал ее запугать, подумала она, ему следовало бы выбрать сегодняшний вечер.
Она поднялась к себе переодеться. На подушке лежал сверток с домашней шотландской помадкой и записка от Филипа. Он не забыл. Она съела кусочек, чтобы продержаться до конца вечера.
Утро пятницы выдалось пасмурным, но дождь перестал. Президент Обама прилетел в Лондон и должен был встретиться с мистером Кэмероном на Даунинг-стрит, так что репортеры на несколько часов отвлеклись от Виндзора, чему королева очень обрадовалась.
Президента и первую леди в Виндзоре ждали к ланчу, и хотя, к счастью, никто из слуг не явился с донесением об очередном убийстве, расследование предыдущего все еще тянулось. Время шло, она все ждала, когда сэр Саймон кивком даст понять, что есть новости, или Гэвин Хамфрис попросит об аудиенции и доложит о сенсационном открытии, но ничего не происходило.
Правда, утром сэр Саймон сообщил ей кое-что, но это только замутило воду. Поскольку у Рейчел Стайлз были длинные темные волосы и она умерла так скоропостижно, полиция провела анализ ДНК волоска, обнаруженного на трупе Максима Бродского, и оказалось, что результаты совпадают.
Значит, девушка была там. Однако же не сумела объяснить происхождение медали, которую якобы получила за отца.
— Вы удивлены, мэм?
— Не особо. — Она сделала над собой усилие, чтобы казаться хладнокровной. — Они знали друг друга?
— Насколько удалось выяснить, нет. Однако она говорила, что вечером накануне его гибели столкнулась с ним в коридоре, и они перекинулись парой слов. Одна из экономок это подтверждает. Может, оттуда и волос. Детектив Стронг сотрудничает с отделением уголовного розыска Айл-оф-Догс, где обнаружили ее труп. Они обещали проверить, не были ли молодые люди знакомы. Но вряд ли, и даже если выяснится, что были, едва ли это что-то объяснит. О том, что она останется ночевать в Виндзоре, она узнала в день приема, так что, скорее всего, не успела бы спланировать убийство.
— Ясно. Спасибо за информацию.
— Мэм.
Что тут скажешь. Президент вот-вот сядет в вертолет и прилетит в Виндзор, а расследование по делу Бродского отодвинулось на два шага назад. Разумеется, не то, которое проводила МИ-5: ее зашоренные сотрудники двигались по прямой. Она имела в виду собственную версию, которая только-только начала складываться, но сейчас вернулась к стартовым воротам.
Значит, так тому и быть. Придется “выпендриваться”, как называет это Гарри на современном жаргоне.
После длительных препирательств между службами в конце концов было решено, что королева лично встретит президента и миссис Обаму в Хоум-парке, у Восточного террасного сада. Это противоречило стандартному протоколу, но праздновать день рождения в любимом замке с президентом США и первой леди — ситуация нестандартная. Королева приедет за ними на “рейндж-ровере”. За рулем будет Филип.
Всего прилетели три вертолета; к счастью, им удалось без происшествий пересечь воздушное пространство Хитроу и приземлиться на поле для гольфа. День был ветреный, королева повязала голову шарфом, чтобы спасти прическу, Филип надел макинтош. Президент в сопровождении телохранителей вышел из вертолета и ослепительно улыбнулся.
Возникла небольшая заминка из-за того, кто где сядет, но вскоре все разрешилось. Очевидно, президентская свита считала, что ожидается нечто вроде правительственного обеда, на котором приглашенный джентльмен сопровождает хозяйку, — королева же полагала, что мужчинам лучше сесть впереди, как на охоте, чтобы иметь возможность пообщаться. Они с Мишель устроились на заднем сиденье, и когда та наконец успокоилась, они премило поболтали.
