Она невольно вздрогнула. И на время заснувшая любовь ея снова пробудилась. Чтобы дала она теперь за возможность принадлежать ему, быть его женой! Какъ могла она разлюбить его? Но нѣтъ, она не переставала любить его все это время. Что же заставило ее, безумную, разойдтись съ нимъ? Откуда взялись всѣ эти сомнѣнія? Теперь она вѣрила ему, вѣрила его любви, вѣрила въ счастье съ нимъ! Но теперь все это поздно, слишкомъ поздно! Возвратъ невозможенъ, даже еслибы онъ самъ желалъ этого!
-- Алиса, повторилъ онъ снова, дайте мнѣ вашу руку, дайте мнѣ ее, какъ старому другу.
Она медленно подняла на него свои глаза и протянула руку. Каждый звукъ его голоса, даже самое рукопожатіе говорило ей теперь о томъ, какъ бы счастлива была она съ нимъ.
-- Алиса, продолжалъ онъ, я не стану безпокоить васъ разспросами Отвѣчайте мнѣ только на два вопроса: день вашей свадьбы назначенъ?
-- Нѣтъ, отвѣчала она.
-- Когда же вы думаете назначить? черезъ мѣсяцъ?
-- О, нѣтъ, нѣтъ! Не ранѣе года! воскликнула она. Онъ не могъ не понять, что она почти съ ужасомъ думаетъ объ этой свадьбѣ. Если въ его душѣ и таилось, можетъ быть, чувство гнѣва, то теперь оно исчезло безъ слѣда.
-- Теперь я предложу вамъ, Алиса, мой второй вопросъ. Если вы не хотите отвѣчать мнѣ, то вамъ стоитъ только промолчать и я больше не повторю его. Скажите, что заставило васъ принять предложеніе вашего двоюроднаго брата?
-- Я приняла его предложеніе потому, что... скороговоркой проговорила она, какъ бы боясь, что силы измѣнятъ ей. Но вы никогда не поймете меня, продолжала она; чтобы я ни говорила, мнѣ не возвратить больше вашего уваженія...
Нѣтъ, она не любитъ своего двоюроднаго брата, рѣшилъ Джонъ Грей. Если бы она любила, она бы не такъ отвѣчала.
-- Алиса, сказалъ онъ, тихо и медленно выговаривая каждое слово, сердцѣ мое всегда принадлежало вамъ... Мы еще не разлучены окончательно. Въ годъ можетъ многое перемѣниться. Я, какъ видите, все еще не теряю надежды. И еслибъ обстоятельства перемѣнились, съ какою бы радостію я назвалъ васъ прежнимъ именемъ...
Онъ пожалъ ея руку и, прежде чѣмъ она успѣла ему отвѣтить, вышелъ изъ комнаты.
Когда ушелъ Джонъ Грей, Алиса осталась въ неподвижномъ состояніи и глубоко призадумалась надъ словами, сказанными ей Греемъ: "сердце мое всегда принадлежало вамъ." И странное дѣло, слова эти теперь успокоили, почти осчастливили ее.-- Онъ не презираетъ меня! Еслибъ онъ презиралъ меня, онъ не сталъ бы такъ жалѣть меня, думала Алиса и какъ-то легко, невыразимо легко становилось у нея на сердцѣ.-- Да, онъ уважаетъ, любитъ меня! Съ какою радостью я назвалъ бы васъ прежнимъ именемъ, сказалъ онъ... Но этому не бывать теперь, никогда не бывать! съ горечью продолжала думать Алиса. Она сознавала, что счастье потеряно навсегда, но мысль о его любви радовала и утѣшала ее. Онъ никогда бы не оттолкнулъ ее; она сама отказалась, и сознаніе этого чувства было особенно пріятно ей.
И снова припоминала она все, что случилось за послѣднее время. Но обо всемъ этомъ она думала, какъ о чемъ-то стороннемъ, не касающемся ея. Казалось, она разбирала прочитанную ею повѣсть. Затѣмъ мысли ея приняли другое направленіе. Она опять вспомнила о Джонѣ Греѣ, о его обманутой любви. И живо представилось ей; сколько горя, тяжелаго, безвыходнаго горя долженъ былъ выстрадать онъ. И страшно ей стало.-- Нѣтъ, ужь лучше было бы, если бы онъ презиралъ и ненавидѣлъ меня, рѣшила она! Но нѣтъ, онъ,тне можетъ глубоко и долго страдать, въ немъ слишкомъ мало страсти, думала она вслѣдъ за тѣмъ,-- Правда, если онъ разъ рѣшился чего нибудь достигнуть, то добивается долго и настойчиво; онъ самъ сказалъ мнѣ это, а онъ не лжетъ. Да, онъ настойчивъ, но настойчивъ потому только, что рѣшилъ, что онъ долженъ добиться своего. Страсть же и увлеченіе ему совершенно неизвѣстны. Такъ думала она и жестоко ошибалась.
