Дѣлать нечего, лэди Гленкора, волей-неволей, должна была взять герцогиню подъ свое покровительство и обѣ онѣ вышли въ другую комнату. Я подозрѣваю, что лэди Монкъ нарочно привела мистрисъ Конуэй Спарксъ, какъ единственное средство сдвинуть герцогиню съ ея мѣста.
Въ дверяхъ той залы, гдѣ танцовали, лэди Гленкора встрѣтилась съ мужемъ.
-- Я уѣзжаю, обратился онъ къ ней; я и пріѣхалъ-то только потому, что обѣщался. Поздно ты вернешься домой?
-- О, нѣтъ, не думаю.
-- Будешь танцовать?
-- Протанцую разъ-другой, для того только, чтобы не казаться старухой.
-- Будь осторожнѣе, чтобы не разгорячиться. Прощай.
Между тѣмъ, Борго бродилъ изъ комнаты въ комнату, отыскивая удобнаго случая переговорить съ лэди Гленкорою.-- Приглашу ее вальсировать, порѣшилъ онъ, наконецъ, съ самимъ собою. Почему бы мнѣ и не танцовать съ нею такъ же, какъ и со всякою другою?-- Пять минутъ спустя, онъ отыскалъ ее въ галлереѣ. Она сидѣла на скамейкѣ, а возлѣ нея стояла старуха и что-то говорила ей. То была мистрисъ Маршамъ, предостерегавшая ее по поводу какой-то маленькой неосторожности; лэди же Гленкора отвѣчала ей, что не нуждается въ ея совѣтахъ. Борго протѣснился сквозь толпу и, пробормотавъ какія-то невнятныя слова, протянулъ ей руку.
-- Ну, будетъ, мистрисъ Маршамъ, проговорила лэди Гленкора:-- премного вамъ благодарна за совѣтъ; пожалуйста, не безпокойтесь.
И съ этими словами она взяла протянутую руку Фицджеральда. Борго въ глаза не зналъ мистрисъ Маршамъ; но она его знала какъ нельзя лучше. Ей были извѣстны всѣ подробности его романа съ лэди Гленкорою, и почтенная старушка обомлѣла отъ ужаса, когда увидѣла, что онъ осмѣливается касаться руки своей прежней зазнобы, теперешней жены мистера Паллизера.
-- На туръ вальса, проговорилъ Борго такимъ тономъ, какъ-будто для нихъ было самымъ обыкновеннымъ дѣломъ вальсировать другъ съ другомъ.
-- Не думаю, чтобы лэди Гленкора была расположена вальсировать сегодня, замѣтила мистрисъ Маршамъ самымъ нелюбезнымъ тономъ.
Какъ видно, плохо знала мистрисъ Маршамъ обязанности дуэнны, не то она сообразила бы, что ея сопротивленіе только заставитъ лэди Гленкору дѣйствовать ей прямо наперекоръ.
-- А почему бы мнѣ и не вальсировать сегодня, мистрисъ Маршамъ? спросила лэди Гленкора. Напротивъ, я съ большимъ удовольствіемъ сдѣлаю туръ съ мистеромъ Фицджеральдомъ, потому что онъ отлично вальсируетъ.
И съ этими словами она оперлась рукою на руку Борго.
Мистрисъ Маршамъ сдѣлала послѣднее, почти безсознательное усиліе удержать ее и, положивъ ей руку на плечо, поглядѣла ей въ глаза съ укоризненнымъ, предостерегающимъ выраженіемъ. Но лэди Гленкора сердито дернула плечомъ и пошла рука объ руку съ Борго въ бальную залу.
-- Кто эта женщина? спросилъ Борго.-- То были первыя слова, съ которыми онъ обратился къ ней послѣ рокового письма, которое она все еще носила въ карманѣ. Голосъ его звучалъ такъ же дружественно и знакомо, какъ въ тѣ дни, когда ничто ихъ не разлучало и вопросы подобнаго рода были между ними самымъ обыкновеннымъ дѣломъ. И она отвѣчала въ томъ же тонѣ:
-- О, это препротивная старушонка; зовутъ ее мистрисъ Маршамъ; она моя bête noire.
Минуту спустя, они кружились въ вихрѣ вальса.
Борго былъ отличный танцоръ, а лэди Гленкора во дни своего дѣвичества страстно любила танцы. Мистрисъ Маршамъ и мистеръ Ботъ все видѣли изъ другой комнаты и съ ужасомъ переглянулись между собою.
-- Зачѣмъ онъ уѣхалъ и оставилъ ее одну? прошипѣлъ мистеръ Ботъ.
-- Но кто могъ этого ожидать, отвѣчала мистрисъ Маршамъ.
-- Полагаю, что вамъ надо будетъ довести до его свѣденія, какія дѣла здѣсь творятся.
-- Но гдѣ я его теперь отыщу?
-- Ну, да оно и не такъ къ спѣху, проговорилъ мистеръ Ботъ.... Такъ вы думаете, продолжалъ онъ, что дѣло уже зашло такъ далеко?
-- Ужь я не знаю, что и думать.
Танцующіе кружились, пока изнеможеніе не заставило ихъ остановиться.
-- Я такъ отвыкла танцовать, проговорила лэди Гленкора; еще я удивляюсь, какъ я могла сдѣлать столько туровъ.
Она говорила, задыхаясь, и ноздри ея раздувались, какъ у лошади послѣ быстраго бѣга.
-- А еще туръ? спросилъ онъ.
-- Погодите немного.
Затѣмъ послѣдовала небольшая пауза.
-- Не напоминаетъ ли это вамъ прошлое? спросилъ онъ вдругъ измѣнившимся голосомъ.
Вопросъ этотъ заставилъ лэди Гленкору очнуться отъ сладкаго оцѣпенѣнія, въ которое она была погружена до сихъ поръ. Дѣйствительность разомъ сказалась ей во всей своей полнотѣ.
-- Не говорите о немъ, отвѣчала она чуть слышно.
-- Отчего же мнѣ не говорить о немъ? подхватилъ онъ съ жаромъ. Вѣдь то была счастливая пора. Или вы не были счастливы, когда... Эхъ, да не лучше ли ужь и думать перестать объ этомъ прошломъ?
-- Гораздо лучше.
-- Одно бѣда, что это невозможно. Дорого бы я далъ, Кора, чтобы заглянуть въ самую глубь вашего сердца и узнать, чего вы дѣйствительно желаете.
Въ былыя времена онъ всегда звалъ ее Корою, и теперь это имя само собою, какъ бы по привычкѣ, сорвалось съ его языка.
-- Вы дурно сдѣлали, что отыскали меня въ толпѣ, проговорила она.
